"
"Буторин и Коган вместе с несколькими оперативниками подошли с разных сторон к забору базы Потребкооперации. В окнах одного из зданий горел свет. Замка на воротах не было, похоже, их закрыли на внутреннюю задвижку. Буторин махнул рукой, отдавая команду, несколько молодых людей быстро и почти беззвучно перемахнули через забор. Когда Буторин с Коганом вошли во двор, оперативники уже осматривали строения – большой склад под шиферной крышей и приземистое здание конторы под кровельным железом и с решетками на окнах.
Внутри кто-то был, но за задвинутыми цветастыми занавесками не разглядеть. Только из форточки тянуло куревом и слышались бубнящие голоса.
За дверью послышались шаги, Буторин велел всем ждать. Когда дверь открылась и свет из коридора осветил ступени, оперативники увидели двоих мужчин. Мордатого узнали сразу – это тот самый Синельников, который вместе со Знахарем приходил к Горбуновой домой. И которого она потом видела у директора своего сельпо. Второй мужчина держал в руках объемистый пакет из оберточной бумаги, туго перетянутый бечевкой.
– Добрый вечер, Андрей Андреевич. – Буторин вышел на свет и широко улыбнулся. – А мы вот к вам решили зайти на огонек.
Мужчина с пакетом мгновенно бросил свою ношу и ринулся к забору, но его тут же свалили и прижали к земле.
Синельников побледнел и попятился, но Коган успел запрыгнуть на порог и ногой подпереть дверь.
– Спокойно, Синельников! Не надо делать глупостей!
Двое оперативников подошли к начальнику базы, быстро обыскали, достали из карманов бумажник, паспорт и два удостоверения: члена профсоюза и районного Осоавиахима.
Синельникова завели обратно в помещение конторы и усадили на стул посреди комнаты.
– Поговорим, Синельников. – Маринин неторопливо закурил и уселся напротив. – Вопросов несколько. От того, как вы будете отвечать, зависит ваша жизнь. Не пугайтесь, я не стану вас убивать. Есть разница между махинациями с продуктами и изменой Родине. В одном случае срок и лагерь, в другом – расстрел. Что вы выбираете?
– Я ничего не знаю! – вспылил Синельников.
– Это какие-то фантазии, гражданин начальник.
– Вы полагаете, НКВД – это несерьезная организация, которая занимается фантазиями? Хорошо, я вам докажу. Вам знаком гражданин Бруно Леонид Оскарович по кличке Знахарь?
– Я не знаю никаких знахарей, – начал было Синельников, но тут Маринин буквально взорвался.
Он грохнул по столу кулаком с такой силой, что ваза с цветами подскочила и упала, разлив воду и рассыпав лепестки.
