Плеть ударила одновременно с огненным всполохом, взметнулись кольца Мончинского. Чудовище взвыло. Атака все же достигла цели. Камни брусчатки поплыли и как будто начали плавиться: пришелец погружался в нее, возвращаясь обратно в Пустошь. И тут же в нос ударила едкая вонь. Аверин накрылся щитом, как куполом. Это дистанционное оружие твари? Но почему она не использовала его раньше? Тварь словно бы нырнула в камни головой вперед, в воздухе мелькнули задние суставчатые лапы. Вдруг вверху что-то сверкнуло, и на оставшуюся на поверхности заднюю часть тела дива обрушился длинный толстый шип, втыкаясь в демоническую плоть.
Едкий запах снова ударил в ноздри. Ядовитое жало! Оно имелось у этого полунасекомого? Но почему оно угодило в своего владельца?
Жало вместе с пораженным им дивом скрылось из виду, а на ровную брусчатку приземлился аккуратно одетый Иннокентий. Только верхние пуговицы его рубашки оказались расстегнуты.
– Где тебя носило? – набросился на него Аверин.
– Я и прочие дивы прибыли сразу же, как получили сигнал, – Иннокентий невозмутимо поклонился.
Аверин огляделся – к окружившим место боя колдунам спешили дивы. Сколько же времени заняло сражение? Минуту? Меньше? Казалось, что прошли часы.
– Убрать щиты, – скомандовала княжна.
Раздались шум, стоны, некоторые колдуны без сил опустились на землю. Аверин разглядел в их толпе знакомое лицо. Мария! Его невестка держала щит, защищая своего мужа. А Василь… Где же он?
– Маша! – послышался голос брата. Василь кинулся к жене и принялся ее обнимать.
Аверин повернулся к Кузе:
– Ты как?
Он чувствовал, что у дива нет серьезных повреждений: Кузя почти весь бой атаковал дистанционно. Но выглядел он не лучшим образом. Вместо прежнего костюма с него свисали пропитанные кровью лохмотья.
– Я-то в порядке… – каким-то странным голосом сказал Кузя, и Аверин проследил за его взглядом.
На брусчатке, возле того места, где только что находился чудовищный див, лежал Владимир. Точнее, то, что от него осталось.
Рук и ног больше не было, только из плеч торчали кости с ошметками мяса на них, вместо лица застыла корка запекшейся крови.
Внутренности из распоротого живота растянулись на пару метров. На коленях перед ним стоял Мончинский. Губы его шевелились, он что-то шептал. Потом его рука метнулась к лицу раненого дива.
Аверин бросился к нему. И, оказавшись рядом, наклонился и услышал, что Сергей читает заклинание сна.
– У вас есть капсулы для лечения? – спросил Аверин.
