Несколько незнакомых, один принадлежал диву, а еще один – самому графу Аверину. Если снегоход стоит здесь, значит, вход в Пустошь где-то поблизости. Надо бы все тут осмотреть.
Он поднял уши. Звук заводящегося автомобиля! Кто-то собирается выехать из поместья? Кто и зачем?
Вход в Пустошь он осмотрит позже, тем более что завтра ему и так должны его показать. Николай Антонович, оставив снегоход, помчался на звук мотора. Возможно, он успеет разглядеть того, кто уезжает.
Но он не успел. Прибежав на площадку возле въезда, он лишь проводил взглядом задние фары, скрывшиеся за воротами.
Он принялся обнюхивать брусчатку, чтобы запомнить запах и выяснить завтра, кто уехал. А если повезет, он застанет возвращение. В конце концов, он никуда не спешит.
Пахло дивом. Фамильяр уехал куда-то на ночь глядя? Зачем? Или – за кем? Он должен кого-то привезти? Но мысль эта моментально покинула голову, когда Николай Антонович учуял другой запах. Его он не перепутал бы ни с чем. Тротил. Вот тут, прямо во дворе стоял ящик со взрывчаткой.
Вероятно, именно ее фамильяр загрузил в машину и куда-то повез. Снегоход… взрывчатка… что еще скрывает граф Аверин?..
Додумать он не успел. Услышав за спиной негромкое рычание, он обернулся.
Еще один див! Этот в форме лисы, довольно слабый и опасности не представляет. Но все равно придется уходить. Обычная собака испугалась бы дива и убежала. Что и следует сделать. Он узнал уже достаточно.
Сделав вид, что испугался, Николай Антонович тявкнул, попятился и побежал обратно к дыре в заборе.
Лиса кинулась за ним. Но не стала нападать, просто выпроваживала незваного гостя.
– Сара, – донесся от дома голос девочки, видимо, дочери хозяина, – Сара, ты где?
Лиса остановилась, немного порычала ему вслед и послушно побежала к хозяйке.
Он быстро добрался до машины, снова удостоверился, что никого вокруг нет, и вернулся в человеческую форму. Оделся и отправился искать телефонный автомат. Найдя, набрал номер. Императорский див ответил сразу:
– Слушаю.
– У меня новости.
Но, боюсь, вам они не понравятся.
Николай Антонович появился ровно в восемь.
– Не рановато? – поднял брови Аверин.
– Нет, – безапелляционным тоном заявил министерский колдун.
Аверин только пожал плечами, но спорить не стал.
– Надеюсь, мой див не помешает?
Кузя нехорошо косился на Николая Антоновича, было заметно, что колдун ему очень не нравится. Что и говорить, на редкость раздражающий тип, не привыкший считаться ни с кем, кроме непосредственного начальства.
