Но будем иметь в виду, что у господина помощника Императорского дива тоже есть слабости. Его сила?
– Примерно на вашем уровне. Очень серьезный колдун.
– В его-то возрасте… талантливый парень. Надо все же разузнать про него в Академии. Наверняка окончил с отличием, раз так быстро попал в столицу, да еще и в Министерство, при таком, почти пролетарском, происхождении.
– Колдун Сергей тоже ведь не знатного рода? – спросил Кузя и добавил: – А такой сильный…
– Да, именно. Сергей много, очень много работает над совершенствованием своей силы.
Из него выйдет очень хороший колдун. И он далеко пойдет. Но и этот Николай Антонович не так прост, как может показаться. На самом деле хорошо, что он здесь. С этим проклятым делом придется серьезно повозиться. Он подозревает, что к этому причастен прежний Императорский див. Я заверил его, что тот не выберется… по крайней мере сам. Но тогда кто? Каким образом колдунов утащили в Пустошь?
– Кто-то открыл дыру с той стороны, понятно же, – пожал плечами Кузя.
– Кто? Это должен быть колдун. И этот колдун должен знать, как это делается. Да, я понимаю, что не один мой отец вел такие исследования… и у кого-то они тоже могли увенчаться успехом. Но зачем ему заключенные из тюрьмы? Именно эти? Они могли быть нужны только Императорскому диву… не иностранные же шпионы их похитили.
Кузя о чем-то напряженно думал.
– Подделка… – наконец проговорил он.
– М-м? – Аверин поднял голову и посмотрел на Кузю.
– Тот див, что пришел тогда, помните, я рассказывал? Он назвал Императорского дива подделкой.
– Так… – Аверин нахмурился, – признаться, я про него почти забыл. Думал только, не он ли устроил ледяные ловушки… а он, выходит, знал, что Императорский див много лет выдавал себя за императора… Но он див, не колдун. Как он мог открыть коридор? Он точно див, Кузя?
– Ага, да и не может колдун просто так бродить по Пустоши. Человек там мигом помрет.
– А если какое-то сильнее чародейство? Любава защищала меня от холода в прошлый раз, а на этот раз обещала подготовить какую-то очень серьезную защиту.
Надо будет поговорить с ней. Эх… жаль, что от этого Николая Антоновича нужно все скрывать. Очень мешает.
– А может, рассказать? Мы же доброе дело собираемся сделать! Сами же говорили, Императорский див много хорошего сделал, и меня он спас! Владимир бы понял, я думаю. – Кузя посмотрел на хозяина. – И мы же его из Пустоши не будем выпускать…
– Не знаю, Кузя, насчет Владимира. Но одно точно.
