В двух словах пересказав всю историю Волину, Иришка, даже не поужинав, начала переодеваться. На этот раз ее боевым облачением стало маленькое черное платье и серьги от Валентино.
— Ты куда? — с подозрением спросил старший следователь.
— В бордель, — сухо отвечала мадемуазель Белью.
Он несколько опешил.
— Я серьезно.
— И я серьезно. Убили русского, значит, придется идти к русским бандитам, запугивать их и пытаться что-то выяснить, — мрачно проговорила Иришка.
Волин изумился: у нее что, есть знакомые русские бандиты? Конечно есть, подозрительные русские у полиции все наперечет.
А почему именно она? Потому что она знает язык.
Так, наконец, прояснилось дурное настроение Иришки: грядущий разговор с бандитами был ей неприятен.
— Они грязные скоты, чувствуют себя во Франции как дома, хамят и ничего не боятся, — объяснила она Волину. — Придется их запугивать.
— У тебя есть еще одно маленькое черное платье? — спросил Орест, немного подумав.
Ирэн удивилась: зачем ему? Затем, что он тоже пойдет запугивать бандитов — вместе с ней.
Ей не до шуток, черт побери! А он и не шутит. Или мадемуазель ажан думает, что он ее отпустит одну к бандитам, да еще в таком виде?
— Пожалуй, — сказала она, немного поразмыслив. — Моральная поддержка не повредит…
Искомый русский бордель находился в получасе езды от Иришкиного дома. Это оказался весьма презентабельный ресторан, полный чинных обывателей, мирно вкушающих традиционную русскую кухню по немыслимым даже для Франции ценам. Атмосфера в ресторане была спокойная и располагающая, почти домашняя.
— А где же падшие женщины? — осведомился Волин, с любопытством оглядывая зал.
— А тебе зачем? Ты сюда работать пришел, — хмуро отвечала мадемуазель Белью.
— У меня чисто научный интерес…
— Я тебе покажу интерес, — пообещала Ирэн и впилась ему в руку ногтями. — Как это у вас говорят: всю жизнь на лекарства будешь работать!
Волин поморщился от боли и почел за лучшее больше не шутить. К ним подошел метрдотель, отдаленно похожий на пингвина: черный фрак, белая сорочка, тугие щеки и маленькие печальные глазки.
— Мадемуазель Белью, — сказал пингвин, кланяясь.
— И мой спутник, — добавила она.
Метрдотель посмотрел на Волина, как на пустое место, и снова обратился к Ирине.
— У вас заказано?
— Я хочу встретиться с Николаем.
Пингвин заколебался: Николай Николаевич, кажется, занят, и он не уполномочен…
— Пойди и доложи, — прервала его Ирэн. — И чтоб без этих ваших русских завтра и потом.
