– А почему вы решили помогать нам?
Приближенный решил быть дотошным. Все же дело такое…
Некромант хрипло расхохотался:
– Деньги, разумеется. У меня есть семья, и они должны жить безбедно. Все же не побоялись, вытащили меня…
– Пути уважаемого господина Тимоза пересеклись с путями моих людей в Теварре, – вежливо пояснил герцог. – Разумеется, я помог человеку в трудной ситуации, а он поможет нам.
– Чем же? Если кто-то не знает, то король Раденора некромант еще более сильный, чем вы.
Приближенный был само спокойствие, оно и понятно.
Рядом с гадюкой не подергаешься.
Глаза некроманта полыхнули искрами безумия. Но тут же он опустил их в пол, словно… извиняясь? Нет, скорее боясь не сдержаться.
– Все знают. Но есть одно заклятие, силу которого не перебить даже вашему королю.
– На смерти, – прошептал приближенный.
– Да. Я добровольно отдам свою жизнь и гарантирую, что король не сможет справиться с моим заклинанием. Город останется беззащитен.
– И что же это за заклинание? – не удержал любопытства приближенный.
– Вы еще не поняли? Черная смерть…
О, власть. На сколь многие низости и гнусности толкаешь ты людей, кои возложили свои жизни к ногам твоим и положили сердца свои в твою жертвенную чашу. Неостановимы их стремления, как горный поток, и так же грязны и опасны для оказавшихся рядом[6].
Мысли приближенного были вполне себе возвышенными и отстраненными, они текли ровно и спокойно, не мешая мужчине интересоваться деталями.
– Когда же вы совершите сей акт?
– Через три дня новолуние.
– И как быстро распространится болезнь?
– К сожалению, не сразу, – вздохнул герцог. – Любое заклинание имеет свои ограничения. Надежность оборачивается медлительностью, а неостановимость – тем, что заболеют не все. Это будет обычная болезнь, если такое слово применимо к черной смерти. Дальше же – на все воля Светлого. Кто-то умрет, кто-то выживет…
– И вы останетесь в Алетаре, когда здесь будет свирепствовать болезнь?
– У меня есть амулет, который проверил уважаемый господин Тимоз.
Для меня эта болезнь не более опасна, чем обычный насморк. А вот сыновей я отошлю. И вам, маркиз, советую уехать.
Маркиз Леклер опустил голову:
– Благодарю вас, господин герцог. Мы последуем вашему совету.
Его сын молчал. Ну и правильно, нечего соплякам открывать рот там, где все решают умные и взрослые люди. Пусть поблагодарят, что разрешили наблюдать за полетом мысли гения.
