Рамон Моринар… А что Палач? Он вполне взрослый мужчина и точно не будет гоняться за мной. Слово-то какое! Как щенок за собственным хвостом! Ну, если мужчина в первую очередь кобель, он, конечно, бегать будет. А если все серьезно, то это иначе называется. И выглядит иначе.
Отлично понимаю, что король рано или поздно подыщет для меня мужа, но, судя по практичности Эрика Раденора, я буду счастлива в браке. Или… Когти у демона хорошие, длинные, человек и пискнуть не успеет."
"Еще месяца два назад я бы возмутилась, я бы спорила, ругалась, попыталась сбежать.
Сейчас же… Что-то изменилось во мне самой. Я видела смерть, мимо меня потоком шли больные люди, которым я помогала, я брала на себя ответственность и решала за других. Я знаю, что грязь встречается везде – и в лачугах и во дворцах. Лишь от меня зависит, чтобы в моей жизни ее было как можно меньше. Может быть, мой будущий муж не полюбит меня так, как это написано в книгах. Но уважение и симпатию мы друг другу постараемся обеспечить.
Мало этого?
Люди живут…
А глупое сердце все равно грустило.
Разве можно отказываться от надежды на счастье? Но что такое счастье – для лекаря?
Не знаю. Ничего не знаю.
* * *Его величество в это время был занят.
Виконт Леклер таки очнулся и сейчас поеживался на кровати под «ласковым» королевским взглядом.
– Ва-ваше величество…
– Мое. Рассказывай, дитятко.
– А…
– Куда ты ехал той ночью?
Виконт залился краской от лба до шеи.
– К… к даме.
– А даму, часом, не госпожа Ветана зовут?
– Да.
Вранья король пока не чувствовал.
– И зачем?
– Я знал, что задумал герцог Ришард. И не хотел, чтобы она умерла. Она мне жизнь спасла.
– И только? – прищурился его величество.
Парень покраснел еще сильнее.
– Ваше величество, я никогда не запятнаю чести дамы.
– Так то дамы, а то лекарки из Желтого города.
Мальчишка побурел и ушами и шеей до состояния вареной свеклы. Явно что-то такое себе думал. На то и Леклеры. Благодеяние они совершить могут, но плату за него никогда взять не забудут.
– Госпожа Ветана не такая.
– Любая женщина будет благодарна за спасение своей жизни, – его величество пожал плечами, делая вид, что все в порядке. Ох, далеко тебе до отца, мальчик. Вон и во взгляде самодовольство.
– Ваше величество, я…
– Не вышло? Не страшно. Она за тебя очень переживала.
– Правда?
Как и за любого умирающего у нее на руках. Маг жизни – это навсегда.
– Она тебе всерьез нравится?
Виконт подумал и кивнул:
– Она замечательная.
