После всего, что случилось за последние недели, он, кажется, разучился удивляться.
— Бьюсь об заклад, он. В любом случае скоро мы узнаем это точно.
Каролина Эркур
Она больше не боялась Моргана. Хотя Каролина не была уверена, что это состояние с ней надолго — пожалуй, сейчас она вообще ничего не боялась. Даже если бы ей нужно было выпрыгнуть из окна, не испугалась бы ни высоты, ни смерти.
Телом и разумом владела абсолютная апатия.
— Это пройдёт, — говорил Рид, шагая по коридору к лестнице, чтобы спуститься на этаж фрейлин, и держа Каролину за руку.
Словно близкий человек, словно имел на это право. — Я про твоё состояние. Сейчас всё безразлично, потому что Риан убрал чужое влияние. Так проще всего — чтобы тебя не тянуло делать то, что внушили, удалить все желания напрочь. Грубовато, но действенно. Ляжешь спать, утром проснёшься — и всё будет в порядке. Я ещё тебе травку дам выпить хорошую и…
— Морган, — перебила его Каролина, сама толком не понимая, что хочет сказать, — когда всё закончится… ты же уедешь отсюда?
Она и внимания не обратила, что неожиданно перешла на «ты».
Теперь это казалось естественным.
— Разумеется, — кивнул мужчина. — Точнее, я не знаю точно, но думаю, что император позовёт обратно. Однако я не уверен. Арен вполне может приказать оставаться здесь, с Анастасией.
— Если ты уедешь… — Каролина вздохнула, наконец сформулировав мысль, что возникла в её голове вспышкой острого и ледяного отчаяния. — Возьми меня с собой.
Морган недоуменно молчал.
Будь Каролина менее апатичной, она нашла бы, что сказать, дабы объяснить, зачем ей это. Но её не хватало ни на что, кроме странной просьбы.
— Я не могу, — ответил Рид тихо и как будто даже ласково. — Каролина, я — преступник, убийца. Меня осудили бы на пожизненное заключение, если бы не вмешательство моей дочери и милость императора. Впереди у меня — несколько десятков лет государственной службы без права выбора. Я не могу никого и ничего взять с собой.
Отчаяние стало острее — Каролина даже дыхание задержала.
Почему-то вдруг захотелось плакать.
Однако оказалось, что Морган ещё не закончил говорить.
— Ты можешь поехать сама.
От неожиданности девушка застыла посреди коридора, и Рид остановился тоже, встав не рядом, а напротив неё, и заглядывая в глаза."
"Взгляд его синих и спокойных глаз, не замутнённый неприязнью, отчего-то немного смущал. И прогонял апатию, заставляя чувствовать. Но что именно — Каролина не могла понять.
