Риан молча подошёл к Каролине под удивлённым взглядом Нортона — начальник охраны принцессы ведь не знал, кто скрывается под маской простого артефактора, поэтому просьбу Эрнеста воспринял с недоумением, — и, положив ладонь девушке на лоб, закрыл глаза, посоветовав ей сделать то же самое.
Пока Риан работал, остальные молчали, наблюдая за его действиями. Только Эрнест таращился в свой браслет связи, который беспрерывно вибрировал — видимо, туда приходил отчёт за отчётом.
— Кошмар, — пробормотал Риан через несколько минут.
— Грубоватая работа, конечно. У Каролины после этого вмешательства пару месяцев будет по вечерам голова болеть, и убрать это я, к сожалению, не смогу. Остальное — сейчас попробую. И что касается того, как звали этого горе-менталиста… Я не знаком с представителями данной фамилии. Но мы ведь всё равно скоро арестуем этого человека?
— Надеюсь, что арестуем, — ответил Эрнест. — Если в псарне, где работал настоящий Эштон Сейл, нет никаких потайных ходов, как в этом замке, то должны. А что, ты ещё не снял с Каролины влияние?
— Это не так просто, — покачал головой Риан, не уточняя, почему.
Роланд понимал, в чём причина, да и Эрнест, судя по отсутствию уточняющего вопроса, сообразил, что дело в блокировке родовой силы бывшего принца. Для того, чтобы использовать именно её, а не просто анализировать чужое использование, Риану нужно было пустить себе кровь.
Следующие пять минут он трудился над Каролиной, измазав свои ладони нацеженной из проколотого пальца кровью так, что они стали абсолютно алыми.
Но девушке постепенно становилось легче, это понятно по её внешнему виду — Каролина переставала быть бледно-зелёной, из глаз исчезало тупое выражение, сменяясь простой человеческой усталостью.
— Ты можешь идти, Каролина, — сказал канцлер, когда Риан, тяжело дыша, будто загнанная лошадь, отошёл от девушки. — Дальше мы уже разберёмся без тебя. Морган, проводишь? Чтобы у охраны не возникло вопросов, откуда в моих покоях Каролина.
— Конечно, провожу. Я же её сюда принёс, — пробормотал шаман.
— Потом возвращаться?
Роланд вопросительно посмотрел на Эрнеста, и дознаватель кивнул.
— Да, пока не будем расходиться. Тем более, что мне как раз пишут самое интересное: наш менталист наконец вылез из дома Вестериусов. Вылез, потому что прям через забор перемахнул. Колоссальная наглость! Вообще ничего не боится. Сразу видно: сынок богатого папочки, которому с рождения всё прощалось.
— Думаете, это сам Абрам Бивиус? — спросил канцлер, даже не удивившись.
