Анастасия говорила с Огденом о канцлере так, будто бы Роланд не был свободным человеком, который в любой момент может встать и уйти из дворца, а после и уехать.
С одной стороны, Огден подозревал подобное. Если бы Роланд мог убраться отсюда, он сделал бы это давно. У него не было ни одной причины оставаться — ни семьи, ни детей, одна бесконечная работа, но стоит ли должность канцлера того, чтобы жертвовать личным счастьем, уважением, безопасностью? Роланда же убьют при первой возможности.
Зачем ему весь этот кошмар? Не проще ли переехать в Альганну? Огден отлично понимал, что такому человеку, как канцлер, легко нашлось бы применение при дворе императора Арена.
Напрашивался очевидный вывод — Роланд просто не мог уехать. Магическая клятва? Да, скорее всего. И раз Анастасия задала свой вопрос, используя такую формулировку — «Отпустите Роланда? Дадите ему свободу?» — значит, в воле Огдена было эту клятву разорвать и сделать канцлера свободным человеком.
Вот только сейчас подобный поступок чреват вполне определёнными последствиями — после отъезда Роланда Огден тут же потеряет трон, если не жизнь. И, естественно, вместе с канцлером уедет Анастасия. Поэтому освободить Роланда можно только после свадьбы. А ещё лучше — после рождения наследника.
Кроме того, следует отдельно поговорить с канцлером о принцессе, чтобы поменьше с ней виделся. Хотя куда уж меньше? Огдену и так казалось, что Фокс и Анастасия видятся только во время обедов и ужинов, и то не каждый день.
Но вдруг он ошибается?
Роланд"
"В комиссии от министерства юстиции, кроме помощницы Верховного судьи Элисон Голден, состоял ещё и его старший сын Абрам. Он был заместителем министра и вполне поддерживал мнение отца о том, что на троне должен находиться старший сын короля Фредерика, да и в целом во многом подражал родителю — только что мантию не носил, довольствовался традиционной формой служащих. Но пуговицы пришивал не серебряные, а золотые — в знак своего особого статуса, а заодно и подчёркивая аристократическое происхождение.
Снобом он был знатным, вмещая в себя худшие качества альганнских аристократов с их презрением к нетитулованным, но прямо канцлеру ничего не высказывал. И Роланд даже не сомневался, что в чём-то Абрам Бивиус точно замешан — для того, чтобы оставаться в стороне, у него был неподходящий характер. Но в чём, пока оставалось под вопросом.
