Всё, что захотите, — подтвердил Огден.
— Отпустите Роланда? — спросила Анастасия, искоса взглянув на короля. Он тут же закаменел лицом и недовольно поджал губы. — Дадите ему свободу? Пусть уезжает на все четыре стороны.
— Отпущу, — процедил Огден через пару мгновений молчания. — Но только после нашей с вами свадьбы, принцесса. Отгуляет положенные три дня — и пусть катится, куда хочет.
Да… рано она радовалась.
Глава девятнадцатая
Роланд
Он не хотел идти вечером к принцессе. Точнее, хотел, если говорить о чувствах, но разум отчаянно кричал и недовольно шипел, призывая одуматься и не делать глупостей.
И канцлер, конечно, послушался бы его, но…
Анастасия ведь уже однажды пришла к нему по потайному ходу. Что мешает ей сделать это ещё раз? Можно постараться запечатать проход, но наверняка у принцессы получится вскрыть подобное заклинание. А если не получится, то она обидится. Зачем обижать Анастасию?
Лучше сходить к ней и нормально поговорить ещё раз. А не как утром, когда принцесса была словно пьяная и почти ничего не слышала… вернее, не хотела слышать.
Роланд понимал, что использует миллион отговорок и причин, лишь бы не отказывать себе в возможности ещё раз увидеть Анастасию. Разумеется, если бы он не хотел — нашёл бы способ отказаться. Скольким женщинам отказывал, а принцессе не получается? Ерунда. Придумал бы что-нибудь, чтобы и не обидеть, и не приходить. Всегда можно отговориться делами, благо их достаточно, а потом, постепенно, Огден по-настоящему включится в процесс ухаживания и со временем очарует Анастасию.
Тогда проблема исчезнет сама собой.
Ну а пока канцлер шёл по коридору по направлению к комнате принцессы. Постоял под люком, прислушиваясь к происходящему наверху — немного, но было слышно, что Анастасия находится в гостиной в компании Моргана и Риана, которые, по-видимому, совершали традиционный ежевечерний ритуал и проверяли принцессу на воздействие, — а затем откинул дверцу и выбрался наружу, в спальню её высочества. Закрыл люк, сел на пол и принялся ждать.
— Не очень понимаю, — говорила Анастасия в соседней комнате. — Что за странная такая любовь была у Огдена. То он демонстративно показывал мне, что я ему не нужна, Каролину всячески выделял, даже фрейлин ей приставил, напротив себя поселил. А теперь и слышать ничего о ней не хочет. Я бы заподозрила влияние, но вы, Морган, сказали ведь, что оно было незначительным и ничего толком не изменило бы. Или?.."
"— Я сказал правду, принцесса, — раздался спокойный голос Рида.
