А что, если он действительно настолько изменился? Что, если она сейчас совершила непоправимую ошибку?
Нет! Это надо было сделать! Даже если Ликк и стал другим, то она сама жить не сможет, зная, что отступила, малодушно отменив начатое! Лучше жалеть об ошибках, чем мучиться от незавершённости! Может, Ликкарт тогда по-настоящему поймёт её боль! Сможет справиться с ней — станем пусть и не друзьями, но не врагами… Кагнаном в любом случае ему не быть — отец на такое не согласится никогда!
До самого утра эканганда изводила себя мыслями и сомнениями, то оправдывала, то оправдывалась за свой поступок.
Лишь лёгкий стук в дверь прервал эту мысленную пытку.
— Ваше Повелительство, — равнодушно сказал вошедший телохранитель. — Приказание исполнено, все условия соблюдены. Ридган Ладомолиус на рыночной площади.
Поблагодарив кивком, Ирисия отпустила воина. Вот и всё… Ничего не изменить… Жаль… И мерзко внутри…
47. Побег из Гратилии
Четверо молчаливых телохранителей эканганды продержали меня в комнате почти всю ночь.
Потом в карете без окон один из них равнодушным, но настойчивым голосом приказал раздеться. Спорить не стал, так как всё равно добьются своего любыми способами. Положение и без того хреновое, чтобы усугублять его ненужными травмами. Видя, как я зябко ёжусь от свежего ночного воздуха, всё тот же охранник — главный, наверное, — набросил мне мою же куртку на плечи."
"— Спасибо, энфар… — грустно реагирую на заботу.
— Не стоит, ри Ликкарт. Мы хоть и выполняем приказ, но не делаем ничего сверх его, чтобы не доставить Вам лишнего неудобства.
Не держите зла — к сожалению, в нашей работе бывают и такие неприглядные моменты.
— И часто бывают?
— Если только у других господ, а у нас, признаться честно, впервые. Только быть готовым нужно ко всему.
— Дерьмом действительно обольёте?
— Естественно. Правда, не оговорено экангандой сколько его нужно и куда лить, поэтому взяли всего лишь маленький кувшинчик и постараемся на голову не попасть.
— С меня причитается, — киваю благодарно. — Тогда можно одну просьбу… Когда закуёте, то сильно запястья наручами не сжимайте, а то пока найдут, пока разберутся, кто таков, и раскуют — без рук останусь.
— Легко. Приехали… Если обещаете не делать глупостей, то можете идти своими ногами.
Впервые вижу ночную рыночную площадь. Безлюдную и тихую, незнакомую… Площадь спит, прикрыв свои глаза деревянными ставнями лавочек и ресторанчиков.
