— Выпороть бы вас всех, включая доченьку, но у Ладомолиусов подобное не практикуется, да и раньше надо было начинать, не дожидаясь… Ладно! Отдыхай! Жду к ужину. Я бы на твоём месте поела заранее — разговор с Сарнией сложным будет, и кусок в горло вряд ли полезет."
"Ликкарт ушёл, а Литария ещё долго сидела, помимо воли представляя себе дерево, увешанное пиццами. Это же надо было такое ляпнуть! И… Она, пусть и мысленно, но впервые назвала чудовище именем сына. Ликкарт… Может, ещё не всё потеряно?
24. Снова рядом
Вечер.
Ужин. По торцам стола друг напротив друга сидят Литария с Сарнией. Киваю обеим и занимаю, согласно диспозиции, место посередине, где мне уже приготовлены столовые приборы. Всё матушка продумала — даже расположение семейства.
— Слуг не будет, поэтому раскладывайте себе сами, — начинает разговор ридганда.
— Я поухаживаю, — предлагаю свою кандидатуру.
— Нет! Я не голодна! — резко заявляет Сарния.
— А я очень! Эээ… Ликкарт, будь добр, налей мне немного розового вина и пару ложек салата с креветками положи.
Ого! Пусть и с заминкой, но Литария назвала меня по имени! С виду мелочь, но если копнуть глубже, то…
С удовольствием исполнил просьбу матери и посмотрел на сестру.
— Я из твоих рук даже яда не выпью, если в мучениях помирать буду! — провозгласила она.
— Ну и дура, — спокойно парировала Литария, отхлёбывая из бокала. — Сделать себе хуже назло врагу — очень глупый поступок.
— Мама! Ты не знаешь! Этот…
— Сарния! Если ты пытаешь в очередной раз глубокомысленно НЕ сказать, что брат тебя домогался, то зря стараешься.
— Да… Но откуда?!
— Ликкарт мне сам поведал, когда раскрылась его вторая, тайная жизнь. Даже просил пока притвориться, будто бы ничего не знаю.
— Он обманывает всех нас! — вскочила Сарния. — Не верь ни единому его слову!
— А я не ему верю, дочь, а присмеру Жаниру, например, или самому кангану Тойбрелу Звейнициллу. Твой брат давно работает на Свободный Вертунг, пытаясь помешать Теням Бесцветного захватить власть в стране, и его поступок по отношению к тебе был частью этого.
— Интересно… — усаживаясь обратно за стол, ехидно спросила сестра. — Значит, его грязные лапы под моим платьем это для безопасности Вертунга?
— Для твоей безопасности! Сколько раз я тебе говорила выйти из своих выдуманных реальностей?! Что он должен был тебе сказать, чтобы ты уехала подальше от всех этих опасных интриг? Правду?
— Да! Но правда в том…
— Правда в том, что ты так и не вышла из детского возраста! — завелась Литария не на шутку.
