– Почему они так пялятся на нас? – шепотом спросила Хедер у Миримы.
– Им интересно, какая ты из себя.
– Откуда они меня знают?
– Как мало ты понимаешь, – отозвалась Мирима с оттенком доброты в голосе.
– Так просветите меня.
– Ты иностранная жена принца, одного из самых могущественных и уважаемых людей в империи, – пояснила Мирима. – Разве простые англичане не смотрят так на своих принцев и принцесс?
– Думаю, да, – ответила Хедер. – Не знаю, если честно.
– Почему же? – спросила Тинна.
– Я никогда не была в Лондоне, – призналась Хедер.
– Это город, где располагается королевский двор.
– Но ты ведь дочь дворянина? – осведомилась Мирима.
– Да, но я никогда не покидала отцовского поместья.
– Со стороны твоих родителей изолировать тебя от цивилизованного общества было весьма мудрым решением, – заметила Мирима.
– Что это значит? – раздраженно спросила Хедер, почувствовав скрытое оскорбление.
Мирима огляделась. Тысячи ушей напряглись, вслушиваясь в сердитую перепалку между матерью и женой Султанова Пса.
– Что бы ты хотела купить в первую очередь? – спросила Мирима, чтобы сменить тему.
Хедер подумала несколько секунд и ответила:"
"– Мне нужен короб, чтобы сложить туда все следующие покупки.
Мирима усмехнулась:
– А ты не такая глупая, какой кажешься.
– Знаете что, старая...
– Не забывай, где мы находимся, дорогая моя, – предупредила Мирима.
Хедер бросила взгляд на внимательных слушателей и кивнула. Она поставит свекровь на место, как только они останутся вдвоем.
Их первой остановкой был прилавок с сумками.
Повсюду на столах и на стенах были разложены и развешаны сумки всевозможных форм и расцветок, изготовленные из кожи, гобелена, полотна и всяческих других материалов.
Хедер ткнула пальцем в черную кожаную сумку, которую продавец тут же охотно протянул ей. Решив, что сумка ей подходит, но не зная, сколько она стоит, Хедер вытащила из кошелька пригоршню золотых монет и протянула продавцу на ладони.
– Сколько вы хотите за сумку? – спросила она.
Продавец потянулся было за деньгами, но Мирима опередила его.
Она быстро накрыла ладонь невестки, спрятав золото от алчного продавца.
– Этот кусок черной кожи стоит два золотых, – сказала она, – самое большее.
– Два золотых! – воскликнул торговец. – Да вы что, эта сумка тончайшей работы стоит по меньшей мере десять!
– Десять! – возмутилась Мирима. – Ах ты, старый мошенник...
– Десять золотых – и точка! – настаивал торговец.
– Ни за что, – пробормотала Мирима.
