– Вы не подскажете, где мой муж? – спросила она по-турецки, несказанно поразив мужчин. Слово «муж» ей определенно нравилось.
Услышав обращенные к ним слова, эти закаленные в боях воины в страхе попятились назад.
«Какие невоспитанные!» – подумала Хедер. А потом она увидела мужа. И при виде разъяренного выражения его лица сразу перестала улыбаться.
– Прикрой лицо! – рявкнул он, надвигаясь на нее. Потрясенно охнув, Хедер развернулась и бросилась в шатер. Снаружи донесся унизительный мужской хохот.
Халид посмотрел вслед жене.
Она слишком небрежна. Надо объяснить ей, как должна себя вести жена принца. Выругавшись себе под нос, Халид вошел в шатер.
Дрожа от ярости, Хедер металась по шатру. Как он посмел говорить с ней в таком тоне на глазах у слуг?! Ее отец никогда не позволял себе так разговаривать с матерью!
– Ты мерзавец! Ты свинья, а не принц! Я так спешила тебя увидеть, что забыла надеть эту проклятую вуаль, и я же виновата! Думаешь, я нарочно пыталась разозлить тебя?
Хедер была великолепна в своем гневе, в своей отчаянной решимости противостоять ему.
И это не могло не восхищать Халида.
Он решил действовать постепенно. Ведь его жена не привыкла к своей новой роли.
– Жена принца не может появляться с неприкрытым лицом в обществе незнакомых людей, особенно мужчин, – пояснил он, приблизившись к ней. – В противном случае ты нарушаешь правила приличия.
– Я не знала, что твоим слугам не разрешается видеть меня без вуали, – сказала Хедер.
– Эти люди на улице – воины, а не слуги.
И что мне теперь делать? – Халид как будто размышлял вслух. – Думаю, придется ослепить этих преданных мне людей за то, что они посмели взглянуть на неприкрытое лицо моей жены.
– Пощади своих людей! – воскликнула Хедер, схватив мужа за руку. – Это я во всем виновата. Клянусь, я буду чтить традиции твоей страны. Пожалуйста...
Поразмышляв несколько минут, Халид кивнул.
– Так чего ты хотела? Хедер протянула ему письмо:
– Я бы хотела отправить это письмо, как только мы приедем в Стамбул.
Халид удивленно взглянул на Хедер и протянул руку. Не спросив разрешения, он открыл конверт, но прочесть английский текст не смог. Подойдя к столу, он зажег свечу. И в этот момент он увидел яичные белки, оставшиеся от завтрака его жены.
– Что это такое? – спросил он.
– Письмо для моей матери.
– Нет, вот это.
Хедер подошла к столу, встала рядом с мужем, взглянула на белки и сказала:
– А ты как думаешь, что это?"
"– Хочу услышать ответ от тебя, – отозвался он.
