И Саша тоже хорош, забыл, что Андрей ему звонил. Бардак какой-то, честное слово!
– Это где бардак? – раздался у нее за правым плечом веселый голос Филановского. – Это кто тут жалуется на жизнь?
Нана резко обернулась и уставилась горящими от негодования глазами прямо в лицо шефу.
– Александр Владимирович, – отчеканила она, – я только что разговаривала с Андреем Владимировичем, и выяснилось, что он звонил вам некоторое время назад и предупредил, что приехать не сможет.
– Ну и что? – несказанно удивился Филановский, причем удивление его было совершенно искренним.
– Как – что? Вы знали, что они с Катей не приедут, зачем же вы заставили меня звонить и выяснять причину их задержки?
– Во-первых, Нанусь, прекрати называть меня на «вы», а то я могу подумать, что ты на меня сердишься, – он обаятельно улыбнулся, притянул Нану к себе и поцеловал в висок, при этом подмигнув Вере Борисовне. – А во-вторых, какое значение имеет, звонил он мне или нет и что при этом говорил? Да, он промямлил что-то насчет того, что Катя, дескать, плохо себя чувствует, но мы-то с тобой понимаем, что это пустые отговорки.
Я ему так и сказал. И еще я сказал, что все равно буду его ждать, и пусть он не валяет дурака, а приезжает вместе со своей красавицей. На нашей вечеринке любое недомогание пройдет. Ведь пройдет, правда, Вера Борисовна?"
"Тренер неопределенно пожала плечами и деликатно отвернулась, хотя Нана точно знала, что Вера Борисовна все поняла. Вчера вечером они долго разговаривали по телефону, и Нана поведала ей давешнюю эпопею с участием Катерины в массовом пересадочно-цветочном забеге и с попыткой Александра уклониться от встречи с девушкой.
Висок, к которому минуту назад прикоснулись губы Филановского, горел и почему-то чесался, и Нане смертельно хотелось погладить это место пальцами, но пришлось сдержаться.
– Саша, – заговорила она уже мягче, – может быть, не стоит заставлять Андрея, если он не хочет приезжать? Ну бывает же, что у людей просто нет настроения.
– Что значит – нет настроения? – Филановский приподнял брови.
– Нет – так будет. У нас есть нерушимые традиции. На моих корпоративных вечеринках всегда присутствует вся семья. И это правило никогда и никем не нарушалось. И сегодня я не позволю какой-то соплячке его нарушить. Думаешь, я не понимаю, что это Катерина Андрюху накрутила? Обиделась на меня за вчерашнее, вот и дуется теперь, и Андрюху против меня настраивает. А я тебе уже говорил: я никому не позволю встать между мной и братом.
