Ведьмы были слишком напуганы, чтобы заговорить. Они были похожи на сломанных кукол — смотрели, застыв в безжизненных странных позах, а Цирцея тем временем продолжала отчитывать их:
— Я верну его назад! Я верну его к жизни, поняли? Если он тоже любит Белль, проклятие потеряет силу. А вы даже не пытайтесь мне помешать!
Сестры продолжали висеть пришпиленными к стене, не в силах — или не желая — ни пошевелиться, ни молвить слово.
— Никогда впредь не связывайтесь с Принцем или Белль! Если посмеете сделать это, я исполню то, что обещала, — отдам ваши голоса Урсуле, и вы больше никогда не сможете колдовать!
Сестры только смотрели на нее выпученными глазами и, как приказала Цирцея, молчали.
ГЛАВА XXVII
Счастливый конец"
"Цирцея приложила ладонь к поверхности зеркала, в которой отражалась плачущая над мертвым телом Чудовища Белль. Бедная девушка думала, что навек потеряла своего любимого.
— Не потеряешь, если я смогу помочь, — сказала Цирцея, направляя свою магическую силу. Розовые и серебряные огоньки окружили тело Чудовища и подняли его в воздух.
Оно извивалось, меняясь в мерцании огней. Это был уже не зверь, а юноша, которого Цирцея знала когда-то — казалось, тысячу лет назад. Принц. Его лицо больше не было искажено гневом, тщеславием, жестокостью. Цирцея видела, что душа Принца стала совершенно иной.
С помощью своей магии Цирцея окружила влюбленных светом, который взлетал в небо, а затем вновь каскадом падал вниз, разбрасывая красивые искры, преображая замок, возвращая первоначальный вид всем его обитателям.
— Люмьер! Когсворт! О, миссис Поттс! Взгляните на нас! — кричал Принц, впервые за много лет увидевший родные лица своих друзей.
Цирцея улыбнулась, наблюдая за тем, что делает ее магия с Принцем и Белль. Они были счастливы, они любили друг друга, они были окружены своими друзьями и близкими, включая отца Белль, который выглядел ошарашенным, — вдруг оказавшись на веселом балу после того, как только что сидел в жутком сумасшедшем доме.
Но сейчас, похоже, это его нисколько не волновало — он был просто счастлив вновь увидеть свою дорогую Белль.
Все сложилось именно так, как надеялась Цирцея. Принц наконец понял, что значит любить — искренне любить самому и быть любимым взаимно.
Цирцея вновь улыбнулась, бросая последний взгляд на танцующих в Большом зале Принца и Белль перед тем, как стереть их отражение в волшебном зеркале и оставить жить в любви долго и счастливо."
