— О, да! Пусть попытается разбить сердце какой-нибудь девушке после того, как превратится в зверя! — взвизгнула Руби, и к ней присоединились Люсинда с Мартой. — Пусть попытается, пусть попытается разбивать девушкам сердца и заставлять их плакать!
Сестры закружились волчками, их платья раскрылись, словно диковинные цветки, распустившиеся в каком-то странном саду. Кружась, сестры непрерывно повторяли с издевкой:
— Пусть попытается! Пусть попытается! Разбивать девушкам сердца и заставлять их плакать!
Цирцея проявляла все больше нетерпения, а Принц был охвачен удивлением и страхом.
— Сестры, остановитесь! Умоляю! — прикрикнула Цирцея.
— Я что, должен все это принимать всерьез? — спросил Принц. — Все это? Послушай, Цирцея! Не думаешь же ты, что я такой же идиот, как твои сбрендившие сестрички?
Прежде чем Принц успел что-либо добавить, он оказался плотно прижатым спиной к каменной стене. Рука Цирцеи жестко ухватила его за горло, и Принц не мог больше говорить, только шипел, словно огромная змея.
— Никогда больше не говори гадостей про моих сестер! И чем быстрее ты поймешь, что все это всерьез, тем будет лучше. Надеюсь, ты запомнил мои слова, потому что от этого зависит твоя жизнь. Твоя судьба теперь в твоих руках. Выбери правильный путь, Принц, откажись от прежних привычек, и будешь прощен. Останешься тщеславным и жестоким — будешь сильно страдать!
Она отпустила его. Принц был потрясен, видя перед собой полное ненависти лицо Цирцеи. Принц был испуган, действительно испуган, может быть впервые за свою недолгую жизнь.
— Ты понял меня? — спросила Цирцея с негодованием в голосе, и все, что смог ответить ей Принц, было приглушенное «Да».
— Теперь пойдемте, сестры, оставим его, — сказала Цирцея. — С этой минуты пусть он сам выбирает свою тропу в жизни.
Что он и сделал.
ГЛАВА V
Портрет в Западном крыле
Первые несколько месяцев проклятие никак себя не проявляло — не появлялись ни сестры-насмешницы, ни звериный облик, ни мерзкие слуги, замышляющие убить Принца.
Право, что за смехотворная идея! Верные слуги могут ненавидеть его? Абсурд! Представить, что его смерти может желать старый дворецкий Когсворт или трогательная миссис Поттс? Невозможно! Полнейшая чушь!
Ничто из того, о чем говорили сестры, не сбывалось, и Принц не видел причин верить, что это произойдет. Поэтому он и не думал о том, чтобы раскаяться, изменить свои привычки и вообще принимать всерьез все сказанное теми свихнувшимися женщинами.
