– Тут детей нет.
– А приют?
– Какой?
– Разве вы не воспитываете сирот?
– Нет, нас не благословляли на призрение.
– Но как же так…
– Сюда приезжала женщина, – сказала монашка, – тоже искала девочку.
– Ася Бабкина! Это моя подруга, она сейчас лежит в больнице. Разрешите, я расскажу, что произошло?
– Сделайте одолжение, – кивнула матушка, – введите в курс дела.
ГЛАВА 15
Выслушав мой сбивчивый рассказ, Евдокия покачала головой.
– Экое дело выдумал! Хотя он всегда был затейник, такое творил! Иному человеку и в ум не придет, что Ежиремия делал.
– Кто?
– Полное имя моего брата Ежиремия.
– Странное очень.
– Просто редкое, теперь подобным образом детей не называют, но наш отец был человек верующий, церковный староста, – вздохнула Евдокия, – строгий, даже угрюмый. Вера у него была не светлая, а мрачная, в доме у нас никогда не смеялись.
Настоятель местного прихода иногда пытался урезонить Варфоломея.
– Уж больно ты свиреп, – говорил он церковному старосте, – вера дозволяет и радоваться, на то специальное время отведено: Масленая неделя, Красная горка, Святки.
Своди своих в театр.
– Грех, – качал головой Варфоломей.
– Я разрешаю, – уговаривал его настоятель, – что ж у тебя дети растут, ничего не повидав, неладно это.
– К чему их миром искушать, – бурчал Варфоломей, – им в монастырь дорога!
Однажды священник не выдержал и брякнул:
– А ты ребяток своих спросил? Может, не чувствуют они в себе сил идти по предложенному тобой пути? Нельзя человека поперек воли в обитель. Сам-то ты женат, двух дочерей и сына родил, зачем земных радостей их лишать? Не угодно господу такое поведение.
Варфоломей покраснел, но спорить со святым отцом не осмелился, только нехотя буркнул:
– У меня глаза поздно открылись, дурак в молодости был, пусть дочери и сын грехи семьи отмаливают.
Пока была на ногах Анна, жена Варфоломея, детям жилось более или менее сносно. Мать хоть как-то пыталась скрасить существование ребят. Денег на игрушки отец не давал. Но Анна шила кукол из тряпок и сделала из бычьего пузыря отличный мячик для сына.
Тайком от фанатика-мужа, запретившего дома строго-настрого по постным дням, два раза в неделю, кроме великих постов, есть скоромное, она поила детей молоком. Корова стояла в сарайчике, там же кудахтали куры и хрюкали поросята. Варфоломей приказывал Анне торговать сметаной, творогом, мясом, но ставить эти продукты на стол в своем доме не разрешал. И дочери и сын боялись отца панически, а когда умерла мать, их страх перешел в ужас.
