– Константин Петрович, – дернула врача за рукав медсестра, – из Репнева приехали, оформите документы.
– Почему ко мне? – изумился доктор.
Медсестра глянула в мою сторону и осторожно сказала:"
"– Так Андрей Миронович уволился. Главный сказал, что теперь вы бумаги подписываете.
– Вот уж глупость, – вскипел Константин Петрович, – мне только еще этой докуки не хватало!
Быстрым шагом он пошел в обратную сторону, но я не побежала за ним и не стала просить разрешение на вход в реанимацию. Наконец я вспомнила Репнево! Сестра-хозяйка Лина, ставшая невольной свидетельницей ссоры между Отрепьевым и Маргаритой, бросила фразу: «А он ей отвечает: «Что касается денег, то они все уходят в Репнево».
Я уцепила медсестру за халат.
– Простите, что такое Репнево?
– Социальный интернат.
– Извините, я не понимаю.
– Ну дом престарелых, вон бабушку туда сейчас отправляем.
Я посмотрела на тщедушную старушку, равнодушно сидящую на стуле.
Прошел еще час, пока злой Константин Петрович оформил необходимые бумаги. Потом он высунулся из ординаторской и заорал:
– Эй, Валентина, отведи ее вниз!
– Не могу, я на перевязке, – донеслось в ответ.
– Надя, Надя, – завопил доктор, – поди сюда!
– Она заболела! – крикнули из коридора.
– Лена, зайди.
– Ленка ушла за лекарствами.
– Да что у нас происходит, черт возьми! – вскипел Константин Петрович. – Средний персонал шляется незнамо где, а врач должен бабку тащить?
– Давайте я отведу старушку, – быстро предложила я.
Константин Петрович сунул мне пухлый конверт:
– Ступайте на выход, машина у подъезда.
Я подхватила безучастно взиравшую на происходящее бабку и осторожно потянула почти невесомое тельце к лифту. Внизу стояли четыре легковых автомобиля, но ни один из шоферов не собирался ехать в Репнево. В полной растерянности я оглядела двор и заметила разбитый «рафик» темно-защитного цвета, с замазанными краской окнами. Внутри на водительском месте сидел дядька, похожий на груду макулатуры.
– Вы из Репнева? – спросила я.
– Ага.
– За бабушкой?
– Нам однофигственно, за кем, – пробубнил водитель, – бабушка, дедушка, курочка Ряба… лишь бы бумаги были в порядке, а то вози старые кости взад-вперед из-за того, что печати нет.
Я протянула ему конверт.
– Ладно, – буркнул дядька, – запихивай бабуську.
– Можно мне с вами до Репнева?
– Залазь, – милостиво разрешил водитель и завел мотор.
Подскакивая на ухабах и отчаянно дребезжа металлическими внутренностями, «рафик» покатил вперед. Езды оказалось около пятнадцати минут.
