Кстати, если уж зашли к нам, надеюсь, вы у нас пообедаете?
— Ну, для обеда вроде пока рано, — заметил Гуров.
— Тогда хотя бы чаю попьете?
— Чаю попью с удовольствием.
— Я распоряжусь насчет чая, заодно и Ольгу предупрежу, — сказал Шаталов. Затем повернулся к садовнику и произнес тоном, не допускающим возражений: — Алексей, этот господин из полиции. Он задаст тебе несколько вопросов. Ты не пугайся и отвечай ему все точно, все, что знаешь. — После чего скрылся в доме, и Гуров остался с садовником Алексеем наедине.
— Значит, вас Алексеем зовут? — спросил он. — А по отчеству как?
— Федорович я, — ответил садовник, с недоверием глядя на сыщика.
— А фамилия?
— Петренко.
— А меня зовут Лев Иванович Гуров, я — полковник полиции. Хочу выяснить все, что связано с появлением здесь какого-то призрака, который пугает Виктора Петровича. И мои вопросы будут связаны в первую очередь с этим. Но после слов вашего хозяина у меня возник еще один вопрос. Объясните, почему он сказал «не пугайся»? Почему вы должны меня пугаться?
— Причина известная, — сказал Алексей, продолжая все так же неприветливо смотреть на сыщика.
— Срок у меня был. Два года на зоне отбыл. Должен был еще два сидеть, да по УДО вышел.
— И за что был срок?
— За хищение собственности.
— Вообще-то на расхитителя вы не похожи, — заметил Гуров. — Если не секрет, что именно вы похитили?
— В обвинении значилось, что я в составе организованной группы похитил три миллиона рублей из кассы аграрного института, где я работал.
— Судя по тону вашего ответа, я заключаю, что вы с этим обвинением не согласны.
Так?
— Как же мне быть согласным, если я этих денег в глаза не видел? В институте все знали, что наш директор приворовывает. А тут он хапнул куш побольше, а потом быстро уволился. Приехала следственная группа — и нас, троих ученых, обвинили в том, что это мы украли.
— И осудили?
— Да, ничего мы доказать не смогли. Так всех троих и осудили. А я, как самый старший, был определен в руководители этой группы и получил больше всех.
Денег, правда, так и не нашли, но судей это не смутило.
— И теперь вам, ученому, приходится работать садовником у богатея?
— Да, это вы верно сформулировали, — согласился Алексей, — именно, что приходится. Хотя жаловаться грех, Виктор Петрович платит неплохо и всегда исправно — не то что у нас в институте.
— Хорошо, раз мы все выяснили о вас, давайте теперь поговорим о так называемом призраке. Скажите, вы о нем слышали?
— Слышал, конечно, — ответил садовник.
