Кажется, он по специальности криминалист — верно?
— Так точно, — ответил Лев, удивляясь про себя осведомленности и памятливости собеседника. Он уже сделал заключение, что отшельник Егор Тихонов совсем не так прост, как кажется.
— А вы, стало быть, его знакомый, — продолжал хозяин. — Значит, тоже по юридической части. Не из милиции, часом? Или, как ее теперь называют, из полиции?
— И тут угадали, — кивнул Гуров. — Служу в полиции города Москвы в звании полковника. А зовут меня Лев Иванович.
— Ну а меня Егор Демьянович, — в свою очередь представился Тихонов.
— А вы, наверное, с Виктором Петровичем на рыбалку ходили?
— Совершенно верно. Сам я, правда, не рыбак, но за компанию могу с удочкой посидеть. А вы как, удите рыбу?
— Рыбу я ловлю, но не на удочку. Хоть вы из полиции, а все же скажу правду: ловлю, как наши отцы и деды ловили, — с бреднем или в крайнем случае с пауком. Удочка — это уже позже пошло, от городских. Это скорее для удовольствия занятие, а не для пользы. А я один раз с бреднем пройду — вот и улов на целую неделю.
И с Варей могу поделиться. Но я вот что вас спросить хотел: стало быть, Виктор Петрович с вами на рыбалку пошел? Не побоялся?
— А чего он должен бояться? — почти искренне удивился Гуров.
— Есть тут кое-что, чего он должен опасаться, — заявил хозяин. — Вы, когда на рыбалке были, ничего необычного не видели? Не слышали?
— Как же, кое-что слышал… — медленно, словно припоминая, проговорил Лев. — Крик был такой… странный… Похоже, будто выпь кричит, только это была не выпь.
— Вы, стало быть, в природе кое-что понимаете, — с одобрением отозвался Тихонов. — Тут вы совершенно правы: это не выпь была и вообще не птица.
— А кто же тогда? И почему Виктору Петровичу следует этого крика опасаться?
— Опасаться ему следует не столько крика, сколько нападения враждебных сил. Духов тьмы, говоря коротко. Вам Виктор Петрович ничего про них не говорил?
— Да, говорил, — признался Гуров. — Сказал, что ему являлся некий… вроде призрака.
— Вот-вот, вроде призрака.
Только это не призрак, это гораздо страшнее. Я уже предупреждал Виктора Петровича, чтобы он в одиночку в лес не ходил, непременно за компанию. Если хочет свой разум в целости сохранить, да и саму жизнь тоже.
— Что же это за сила такая, которая ему угрожает? — нахмурился Лев. — Вы объясните, а я, как представитель закона, приму меры, чтобы пресечь ее противоправные действия."
"— Тут могут быть разные объяснения, но при любом из них ваши меры не помогут.
