Может, у него эта, как ее, нетрадиционная ориентация?
— Ничего подобного! — уверенно проговорил Труев. — Я у него как-то спросил, почему он один, и знаешь, что он мне ответил? Что он слишком любит женщин, чтобы выбрать только одну из них. И действительно, я видел, как он приезжал с какой-то девушкой. А наутро уехал.
— Так, понятно, — кивнул Гуров. — Ну, дальше я знаю — это дом Шаталова. А там кто живет?
— Там Подсеваткины, я их тоже не знаю. А дальше Карасев, Бугаев, Великанов… Их я знаю еще меньше. Но в ближайшие два дня обязательно выясню о них все, что смогу, — пообещал Глеб Павлович.
— Хорошо, — кивнул Гуров. — Только очень не упорствуй, а то этот… призрак сразу догадается и затаится.
— Так, может, это и хорошо? У тебя ведь нет задачи поймать шутника с поличным. В конце концов, даже если кто-то захотел выгнать Шаталова из поселка, это еще не преступление. В крайнем случае это можно квалифицировать как хулиганство, не более. И если этот «шутник» поймет, что мы разгадали его игру и начали охоту за ним самим, и прекратит свои затеи — наша миссия будет выполнена.
Шаталова оставят в покое, и мы с ним можем и дальше до конца лета спокойно ходить на рыбалку.
— Да, наверное, ты прав, — согласился Гуров. — Это не тот случай, когда надо действовать скрытно. Так что и я буду открыто говорить: иду, мол, охотиться на призрака. Берегитесь, лесные духи! Скройся, нечисть болотная!
— Договорились, — со смехом поддержал его Труев. — Такой тактики мы с тобой и будем придерживаться.
Так, за разговором, они дошли до домика Труева.
Здесь Глеб Павлович вручил приятелю пакет с пустой трехлитровой банкой и посоветовал приготовить купюру в сто рублей.
— Денег у Вари почти никогда нет, — объяснил он, — так что сдачу она дать не сможет. За три литра она берет ровно сто рублей — это удобно.
— Дешево, однако, она ценит свое молоко, — заметил Лев. — В Москве такое молоко, прямо из-под коровы, стоило бы вдвое дороже.
— Ну, тут не Москва, как ты мог заметить, — ответил на это Труев.
— Итак, ступай вон туда, вниз по улице. Коттеджи скоро закончатся, дальше пойдут деревенские дома. В них никто не живет, стоят заколоченные. Хозяева приезжают, только если договорятся встретиться здесь с покупателями и продать свои развалюхи. Ты иди до самого конца, до околицы. Там будут два жилых дома. Направо обитает Егор Тихонов, а налево — Варя с матерью. Если забудешь, кто где, все равно догадаешься — у Вари есть корова и куры, а у Тихонова только коза живет.
