Несколько деревянных складских паллет, с десяток сломанных офисных стульев, какие-то разбитые столы и остатки корпусов то ли холодильников, то ли какого-то заводского оборудования. Естественно, битый кирпич, размороженные батареи отопления, ржавые трубы и еще много всякого хлама.
За всем этим в дальней части ангара высилась железная стена, набранная из кусков самого разного металла. В ней имелись две двери. Гуров попытался представить себе ангар снаружи и тут же понял, что его внутренние размеры не вяжутся с наружными.
К нему подбежал молодой подполковник с бычьей шей, в черной униформе и с автоматом «АКСУ» на шее.
— Пойдемте, товарищ полковник, — позвал он Гурова, — Там нужен врач. Да и вам лучше тоже присутствовать.
— Что? Раненые? — тут же спросил Гуров и прибавил шаг.
— Как вам сказать, — помялся подполковник. — Сами увидите. Кое-какую помощь можно оказать.
Гуров больше не стал расспрашивать, а поспешил к двери, из которой омоновцы выводили под руки двух парней в наручниках.
Один имел разбитое лицо, у второго была перебинтована голова. Еще одного обыскивали возле стены, заставив широко расставить ноги и заложить руки за голову. Гуров узнал в одном из задержанных того самого охранника, который выходил к нему, когда он осматривал место убийства Бурмистрова.
— Сюда. — Подполковник показал на дверь.
Гуров вошел и оказался в узком помещении между двумя металлическими стенами. Кровь на полу, в воздухе сизая дымка от сгоревшего пороха после стрельбы, россыпь гильз.
Причем не только автоматных. Лев Иванович увидел несколько девятимиллиметровых от пистолета."
"— Сюда. — Подполковник указал на еще одну дверь.
И тут из-за нее высунулась голова Седова. Алексей сидел на полу и выглянул, услышав голоса. Лицо капитана было осунувшимся, грязным и залитым кровью от правого виска до самой шеи. Глаза блестели лихорадочной радостью и нездоровым возбуждением.
«Он же держится из последних сил!» — догадался Гуров, подбежал к Седову, присел на корточки рядом с ним и спросил:
— Как ты, Леша? Ранен?
— Нормально.
— Седов криво улыбнулся. — По башке меня тюкнули. Переживем. Вы лучше вон туда посмотрите, Лев Иванович. Я вам тут подарочек приготовил.
Гуров поднял голову и посмотрел в полумрак маленькой железной комнаты. Свет проникал туда лишь из-под потолка, через ряд маленьких пыльных окошек. На грязной захламленной кровати сидела девушка, сжавшись в комок.
