Острие тесака справилось и с этим препятствием — тихо хрустнув, пыльный и грязный чехол распался на две неравные половинки.
— Свиток? Он самый.
Не разглядывая и даже не пытаясь вытащить древний пергамент, тубус вновь соединили и бережно отложили в сторонку. В методичке на счет таких находок тоже было указание — весьма четкое и не оставляющее двойных толкований.
— Этих много?
Покрытым темной патиной бруском серебра явно кто-то кого-то хорошенько ударил, смяв один из углов и оставив глубокую зарубку.
— Тоже стеночка, но так… Пожиже.
— Этих?
Поблескивающий жирным желтым цветом слиток пустил на стены несколько солнечных зайчиков.
— Там уже не станочка, а четыре поленницы рядышком друг с другом выложено. Одна немного завалилась. Каждая шагов пять-семь в длину, и высотой — во!
Разведчик энергично ткнул ладонью себе в горло.
— Хм. С этими что?
— За слитками три таких каменных сундука, там этого добра с горочкой набили.
Поворошив монеты, среди которых тоже попадались маленькие слиточки и катышки самородков, Джон Смит вновь задумчиво хмыкнул.
— Ладно. Планшет где?
Кое-как ухватив толстыми пальцами в перчатке палочку свинцового карандаша, он устроил офицерскую планшетку с тоненькой стопочкой бумаги на коленях и разрешающе кивнул:
— Слушаю.
— Значится так: воздух дрянь, долго им дышать нельзя. Так что или в полной маске, или рукав от вытяжки подтянуть и потихоньку-полегоньку продувать камеру.
— Щас! Рожу я тебе, что ли, этот рукав? Того что есть, едва до галереи…
Под взглядом командира дискуссия подчиненных резко увяла.
— Дальше.
— Кхе-кха! От входа до дальней стенки камеры будет сорок восемь шагов. От левой стенки до правой — двадцать один.
Учитывая, что шагать в таких случаях разведчик был приучен по полметра за раз (плюс-минус каблук), на листе быстро проставили размеры вскрытой сокровищницы.
— Вот здесь и здесь колонны квадратом. У этой стеночки такой каменный полок, как в бане, на две ступени. Ага. На каждой свитки и коробочки разные лежат… Дальше идут десятка два-полтора каких-то кожаных тючков или больших свертков, а у самой стены несколько штук[8]узорчатого шелка[9] навалены.
Сама ткань по большей части истлела, только золотая и серебряная вышивка осталась.
Карандаш быстро летал над бумагой."
"— Вот тут десяток каменных кувшинов, мне чуть выше пояса. Прямо бочки натуральные! Крышки тоже каменные, залиты воском. Не-не, немного сюда! Да, теперь точно.
