После хождения по кабинетам, Александр поимел сомнительное счастье добровольного участия в званом обеде, состоявшемся прямо на дому у начальника Главного инженерного управления. Причем за столом у хлебосольного генерал-лейтенанта Вернандера совершенно случайно оказался глава Управления электротехнической частью инженерного ведомства, пара членов Инженерного комитета и начальник Комиссии по вооружению крепостей. Все с медалями-орденами за Русско-Турецкую войну, кое-кто успел и с генералом Скобелевым азиатов погонять, и на Кавказе померзнуть, и в лазаретах с боевыми ранениями поваляться — так что смотрели они на молодого военного советника, как опытные ветераны на перспективную и толковую армейскую «зелень».
«Вот тут и пожалеешь, что упразднили должность генерал-инспектора инженерных войск. Договориться с одним Великим князем было бы гораздо проще, дешевле и заметно быстрее, нежели убеждать полдесятка заслуженных аксакалов в генеральских чинах. И ведь по-отдельности сами все прекрасно понимают, но вместе — реально те самые дубы, которыми крепнет наша оборона!»
Учитывая, что иные военные инженеры еще земляные люнеты и редуты застали, убедить их в преимуществах железобетона перед кирпичом для крепостного строительства было делом… Мягко говоря, не самым простым.
Зато и польза обещала быть весьма весомой: имея в союзниках таких «мастодонтов» военной фортификации, можно было сильно сократить время внедрения всех задумок Александра, коих было — прямо-таки «планов громадье»! Опять же, и денежная отдача обещалась быть оченно даже заметной.
«Если не строить крепости и арсеналы по устаревшим проектам, то на одной только Польше можно запросто сотню миллионов рубликов наэкономить…»
— Кхм. Кхе-кхе?!..
Со свистом крутнув вокруг себя шашку (кончики веток так и брызнули в разные стороны), князь нехотя глянул на одного из своих телохранителей, которого вдруг одолел исключительно деликатный кашель.
— Время, Александр Яковлевич.
Негромкие слова старшего звена, подрабатывающего иногда еще и референтом, разрушили безмолвное волшебство единения с природой: из глаз блондина исчезла янтарная пустота, мысли забегали быстрее, появилось ощущение холодного апрельского ветерка и легкой приятной усталости в разогретых мышцах…
— Вы просили напомнить?.
.
— Да, благодарю.
Ехать на последнее мероприятие этого вечера откровенно не хотелось. Хотя он сам же его и запланировал, и даже приложил толику сил и времени, чтобы правильно все организовать. Но все равно: не хотелось, и все тут.
