Пошел, естественно, не один. Вдруг на полпути услышал, как заводится мотор. Джулиус сразу же сообразил, что кто-то угоняет гидроплан. Когда они выбежали на берег, то увидели Краевского и его сопровождающих, у всех были перерезаны глотки. Мазура на месте не было. Самолета тоже.
Отсюда следовал его вывод, высказанный вслух, о том, что легионер, дождавшись, пока все лягут спать, перебил Краевского и его свиту и угнал самолет. В доказательство Онигминде предложил собеседнику связаться с самолетом. Недоверчивый Сытин так и сделал.
Как и следовало ожидать, все его вызовы остались без ответа. Борт не отвечал. Джулиус рассчитал все правильно – Сытину ничего не оставалось, как поверить ему. В разговоре прозвучало подтверждение насчет алмаза. Онигминде с наслаждением еще раз услышал о своей будущей премии в случае возвращения дочери.
– А как быть с Мазуром? – неровно задышал Джулиус.
– Это меня не интересует, – отозвался Сытин. – На твое усмотрение. Хочешь его сырым, хочешь запекай в углях. Все, до связи.
Онигминде вытер пот со лба. Ну что ж, план игры на опережение сработал. Теперь можно было и наказать виновных. Уж очень не любил вождь угнетенного нигерийского народа, когда его приказы плохо выполнялись. Такую заразу, считал он, нужно душить в зародыше. Сегодня они приказ не выполнят, а завтра пойдут на сговор с правительством. А уж там-то обрадуются!
Онигминде подошел к коренастому:
– Что я тебе говорил, Джонатан? Что я тебе говорил после операции с конвоем?
– Не надо, хозяин, пожалуйста! – прохрипел тот, в ужасе глядя, как командир медленно, с улыбкой на губах расстегивает кобуру.
– Я все исправлю!
– Нет уж, Джонатан, теперь мне придется исправлять твои ошибки, – вкрадчиво говорил грозный Джулиус. – А они, поверь мне, недешево обходятся.
Вокруг стало тихо, как в морге. Минуту назад разговаривавшие, смеявшиеся повстанцы подались в стороны, понимая, что сейчас произойдет одна из тех историй, которыми славится предводитель.
– Я не виноват! – завизжал коренастый.
– Почему…
– Ты мне надоел, Джонатан, – Онигминде навел на него дуло пистолета и пять раз нажал на спусковой крючок.
Бездыханное тело упало на морской песок, несколько раз судорожно дернулось и затихло.
– Вот так бывает с изменниками и предателями, – наставительно, подняв указательный палец, сказал Онигминде то ли себе, то ли своей «бригаде», взирающей на казнь.
У Онигминде теперь не было выбора – нужно было найти беглянку до того, как это сделает Мазур.
