Кому охота, проявив чуткость и сострадание, потом и поплатиться за эти самые чувства? Ведь запросто можно в скором времени оказаться связанным на заднем сиденье своей же машины, которая будет двигаться совсем не в том направлении, в котором ехал ты сам. Хорошо, если тебя еще оставят в живых. А то ведь запросто можешь оказаться в придорожной канаве с перерезанным горлом. А твоя машина, наполненная какими-то отморозками-наркоманами, будет удаляться от тела своего прежнего хозяина…"
"Поняв, что водитель этой колымаги останавливаться не намерен, Мазур вышел на середину дороги и, широко расставив ноги, прицелился в машину в упор.
Весь его вид говорил о том, что у водителя, кроме как остановиться, другого выбора нет. Видимо, человек, сидевший за рулем развалюхи, тоже прекрасно это понял. Машина отчаянно затормозила, совершенно утонув в пыли. Мазур быстро подошел, резко рванул на себя дверцу и впрыгнул в джип. Все это заняло не больше минуты. Повернувшись к водителю и нацелив пистолет на него, Мишель невольно усмехнулся.
Перед ним сидела толстая пожилая африканка в красно-желтом тюрбане и улыбалась ему открытой белозубой улыбкой. Ткнув в него стволом огромного револьвера, она сказала по-английски:
– Ну что, едем?
– Едем, – ответил Мазур, не отводя пистолета.
– Может, уберешь свою пушку, парень? – миролюбиво спросила толстуха.
Женщина, похоже, была энергичная. Мишель это оценил сразу.
– Только после вас, – в чувстве юмора легионеру отказать было нельзя.
Повисла пауза. Клубилась пыль, улыбалась толстуха, время уходило.
– Ладно, мисс, – сказал Мазур. – Давайте уберем пистолеты вместе, только медленно.
– Идет, парень, – так же смешливо ответила африканка.
Они оба медленно опустили пистолеты. Глаза сидевшей за рулем женщины, казалось, пытались залезть легионеру в душу. Ничего удивительного. Побыв в Африке уже несколько раз за время своих многочисленных командировок, Мишель поднабрался опыта в отношении чернокожего населения этого континента. Он прекрасно знал, что в каждой деревне всегда имеется несколько колдунов или колдуний, которые владеют своим мастерством виртуозно.
Будучи сам скептиком, Мазур несколько раз наблюдал, как эти самые любители магии выделывали такое, что в «ужастике» не увидишь. Так что такой взгляд говорил как минимум о больших способностях улыбчивой толстухи.
– Ну что, теперь, надеюсь, можно ехать? – спросил он.
Она пристально посмотрела на него и, хихикнув, сказала:
– Теперь можно.
Она нажала на газ, и джип рывком тронулся с места.
