— Что ты придумал, Сергей? Как справишься с электриком и с… тем, кто закроет эту дверь? Застрелишь их?
Высоцкий указал на лобовое стекло. Я заметил, что он ухмыльнулся.
— Есть варианты, Владимир Семёнович.
Я достал из кармана чекушку и показал её Высоцкому.
Сказал:
— Для электрика у меня есть вот это.
— Водка? Тёплая, небось. Гадость.
— Выпьет. Я его уговорю. Я это умею. Через полчаса он уснёт. До окончания матча.
Высоцкий вскинул брови."
"— Спецсредство КГБ? — спросил он.
Владимир Семёнович уронил на пол автомобиля сигаретный пепел, но будто не заметил этого.
— Водка со снотворным, — ответил я. — «Русская». Не лучший выбор, понимаю. Для нашего электрика сойдёт. Я растворил в ней три таблетки. Импортное средство. Вреда не нанесёт. Но усыпит гарантировано. Что мне и нужно.
Я надавил пальцем на пробку, показал Высоцкому этикетку на бутылке. Виктор Семёнович кивнул.
— Как пройдёшь мимо контролёра? — спросил он.
— Покажу ему удостоверение Бурцева, — ответил я. — В закрытом виде, разумеется.
Не засвечу здесь фото полковника.
— Второго тоже водкой угостишь? Того, что закроет ворота.
Светящийся кончик сигареты показал на юго-восточный вход во дворец спорта. Над лестницей снова взлетело и умчалось в направлении автобусов облако дыма.
— Со вторым я договорюсь иначе. Не сомневайтесь, Владимир Семёнович: ворота он не закроет.
Я улыбнулся, надел кепку, поднял воротник куртки.
Сообщил:
— Дальше я уже сам. Спасибо, что подвезли меня, Владимир Семёнович. Рад, что пообщался с вами.
Знаю теперь, чем похвастаюсь детям и внукам. Вы гениальный поэт и артист. Удачи вам. Не болейте.
Я протянул Высоцкому руку — тот её снова проигнорировал. Он выдохнул за окно дым.
Владимир Семёнович повернул голову, посмотрел на меня и сказал:
— Ладно, Сергей, давай мне свою бутылку.
Он махнул рукой, разбросал по салону пепел.
— Поднимусь к твоему электрику, — сказал Высоцкий, — напою его водкой. Уж со мной-то он выпить точно не откажется.
Владимир Семёнович хмыкнул.
— Даже если это всего лишь розыгрыш, я хоть развлекусь за счёт КГБ, — заявил он.
— Жаль, что они на хороший коньяк не расщедрились. Его бы я и сам выпил. Ну да ладно. Не сегодня. Повеселил ты меня, Сергей. И озадачил. Давно меня так никто не озадачивал.
Теперь уже Высоцкий протянул ко мне руку. Я передал ему чекушку.
Владимир Семёнович поморщил нос и произнёс:
— «Русская». Тёплая. Ты уверен, что электрик не отправится после этой выпивки к праотцам?
— Не отправится, — заверил я.
