Усмехнулся и отметил, что сегодня установил собственный рекорд: обычно на непрофильную для меня работу медвежатника я тратил значительно больше времени.
В комнате электрика горел свет. У потолка в тесной комнатушке висело облако табачного дыма. Я взглядом уткнулся в лежавшего на полу человека. Лицо его не увидел: оно смотрело в противоположную от меня сторону. Но не склонился над этим человеком и не проверил его пульс: мужчина громко посапывал, чего обычно не делали мертвецы. Я повернул голову, мазнул взглядом по стене комнаты.
Увидел рубильники, провода… и сидевшего за столом Высоцкого. Владимир Семёнович склонился над столешницей, прижимался к ней правой щекой. Он спал — я слышал его сопение. Пустую бутылку из-под водки «Русская» я нашёл около ножки стола. Я поднял её с пола, сунул себе в карман. Туда же положил сигареты и зажигалку Высоцкого.
— Нам пора, Владимир Семёнович, — тихо сказал я.
Наклонился и рывком забросил тело Высокого себе на плечо.
* * *Я уложил Владимира Семёновича на заднее сидение БМВ.
Сел в водительское кресло, настроил его положение под свои габариты. Завёл двигатель. Мотор автомобиля радостно загудел, фары осветили лестницу юго-восточного выхода из дворца спорта «Сокольники» — людей я рядом с ней не увидел.
— Давненько я не сидел за рулём иномарки, — произнёс я.
Поправил зеркало заднего вида, взглянул на безмятежно спавшего Высоцкого.
— Поедем к Насте в гости, Владимир Семёнович? — сказал я.
Сам себе ответил:
— Молчание — знак согласия. Поехали.
* * *Дверь мне открыла Настя Бурцева (голос работавшего в гостиной телевизора стал громче).
Она посмотрела на моё лицо, улыбнулась. Опустила взгляд на лежавшего у меня на руках спящего Владимира Семёновича и приоткрыла рот.
Настя ни о чём меня не спросила. Она лишь взмахнула ресницами и попятилась вглубь прихожей, когда я повернулся к ней боком и перешагнул порог квартиры. Я занёс Владимира Семёновича в квартиру Бурцевых головой вперёд.
Из-за плеча Анастасии выглянула Котова.
— Лена, ты хотела увидеть Высоцкого? — спросил я.
Не дождался ответа Котовой и заявил:
— Вот. Пожалуйста. Я его тебе принёс.
Глава 17"
"Высоцкого я отнёс в гостиную и уложил на диван (на котором я провёл прошлую ночь). Таблетки Венчика сделали своё дело: Владимир Семёнович спал крепко, никак не реагировал на внешние раздражители. Я вернулся в прихожую, оставил там свою куртку и кепку. Ответил Бурцевой и Котовой, что всё им обязательно расскажу, но позже. Вернулся в гостиную к Высоцкому.
