— Любка вчера ко мне целоваться лезла, — сообщил он.
Кирилл скривил губы.
— Плохо целуется? — спросил я.
— Не знаю, — ответил Кир. — Странная она какая-то… Я же ей говорил, что у меня в Новосоветске есть Инга! А она всё равно… лезет.
Он покрутил пальцем у виска.
Я усмехнулся.
Сказал:
— Действительно, странная. Женщины — они такие: странные. Ты оставил им Артурчика на съедение?
Кирилл хмыкнул.
— Да что с ним будет? — сказал Кир. — Он вчера с Женей… Сумасшедший.
Мой младший брат покачал головой.
Он вздохнул и добавил:
— Хорошо хоть Наташка Торопова этого не видела.
— А мы Наташе ничего не расскажем, — пообещал я. — Умывайся. Нам пора на пробежку.
Сегодня мы выбрали для себя трудную трассу: возвращались по пляжу, утопая по щиколотки во влажном песке. Набегу полюбовались ракушками и медузами, оставленными на берегу отливом. Там же, на пляже, мы провели спарринг.
Возвращались в свой номер уставшие. На ступенях между вторым и третьим этажом я заметил пятна крови. Свежие. Будто бы по ступеням совсем недавно поднимался раненный человек или зверь.
Мы с Кириллом шагали радом с этими красными отметинами на полу — точно по пути, отмеченному хлебными крошками. Вслед за красными пятнами мы шли коридору третьего этажа. Подошли к своему номеру.
Я отметил, что дальше по коридору красных пятен на полу не было. А вот около порога нашей комнаты блестела небольшая кровавая лужица. Я нахмурился: увидел, что ручка нашей двери испачкана кровью.
Глава 24
В свою комнату я не вошёл — ворвался.
Увидел кровавые следы на полу, услышал журчание воды. Прохорова я нашёл в уборной: Артурчик стоял около раковины, рассматривал в зеркале своё лицо. Он заметил нас, невесело улыбнулся. Вынул из носа пропитанные кровью тампоны из газеты, бросил их в унитаз. Пальцем потрогал разбитую губу.
— Что случилось? — спросил я.
Прохоров ухмыльнулся и тут же вздрогнул от боли, снова прикоснулся к губе.
— Женькин муж приехал, — сообщил он. — Нагрянул нежданно-негаданно…
— Какой муж?! — сказал Кирилл.
— Она ведь не замужем! Сама нам об этом говорила!
Прохоров взглянул мимо моего плеча на Кира, покачал головой.
— Все они так говорят… — пробормотал он.
Усмехнулся и тут же снова ойкнул.
— Хорошо, я хоть шорты и футболку надел, — произнёс Артурчик. — Бежал по коридорам не голышом. А он меня сразу: раз!.. и кулаком в морду. Здоровый чертяка. Он как тот шкаф: пошире тебя, Чёрный, в плечах будет.
Прохоров сплюнул в раковину.
