Лара доказывала, что губительных последствий будет куда меньше, если люди смогут несколько дней находиться под постоянным надзором лекарей. Леон ее поддерживал и обещал выделить деньги после первого же проданного урожая или после того, как отправленные по следу управляющего Сагтена солдаты найдут беглого расхитителя и вернут украденные им деньги. Бандиты рассказали, где прятался все это время их подельник-управляющий, снабдивший их ключами, планом дома и показавший вход в подземный лаз, а также обещавший заплатить за смерть генерала Ардамаса.
Все, что касалось Сагтена Ардовского, было Леону уже понятно, его в рассказах бандитов сильно насторожило упоминание о неком Темном, который обещал заплатить за смерть его жены, и который требовал, чтоб убили ее ровно в полдень — вот этот персонаж поймать точно не удастся, никаких наводок на его место пребывания бандиты дать не смогли. Объяснить, с чего вдруг этому Темному потребовалось убивать леди Ардамас, негодяи тоже не смогли.
Леон намеревался сегодня же вечером обсудить с женой всех ее возможных врагов и ненавистников и в очередной раз посетовал про себя, что так мало знает о жене. В человеческом теле он Солару Зоилар до ее выздоровления видел редко, в последний раз — когда они с Вартом и Кошкой к ней приходили…
Леона словно молнией ударило: с Кошкой! Он резко выпрямился в седле. Как такое возможно, что тогда в комнате принцессы она была одновременно в двух видах: сидела в кресле человеком и крутилась у его ног в кошачьей шкуре?! Он явственно вспомнил этот момент: принцесса дрожит и явно его боится, а Кошка приветливо к ней подходит, мурлыкает, а потом возвращается к нему.
После чего Варт в первый раз предлагает ему жениться на Соларе, а он негодует из-за такого проявления цинизма короля.
Леон потер лоб, посмотрел, как жена с лекарем увлеченно обсуждают будущую пристройку к больнице и количество койко-мест в ней, и решил не мучиться догадками: вечером у Лары спросит.
«Лара» — ей очень идет это сокращенное имя. Какая же она у него прелестная, милая и сострадательная ко всему живому! Не зря он раньше боялся, что до самозабвения влюбится в жену — так оно и случилось.
На центральном рынке Лискора базарный день был в самом разгаре.
