Страдальцы синхронно повернули ко мне головы и выразительно моргнули. Задрав повыше юбки, я прошагала к кровати и, осторожно взялась за желоб:
– Отпускайте.
Оба заложника оказались освобождены. Картер с облегчением потряс затекшими руками, Мэри с недоумением проверила грязные ладони, а я…
Не знаю, какая вообще была проблема в особняке, почему камины переносили куда угодно, кроме нужного места, а колдовство оборачивалось фарсом, хоть не колдуй совсем, но кусок желоба намертво прилип к моим пальцам.
Тут в комнате появился дядюшка в компании с Уильямом, а следом за ними вошел и степенный господин с лекарским чемоданчиком.
– Повезло, что господин Перри как раз приехал ко мне на осмотр, – пояснил Флинт наличие эскулапа.
– И кто пострадавший? – вымолвил тот густым басом вместо приветствия.
Неожиданно абсолютно все уставились в мою сторону, а доктор так и вовсе с особым пристрастием. Вид у невесты в замызганном подвенечном платье и с куском грязного желоба в руках был своеобразный, даже самобытный.
Вероятно, лекарь Перри начал подозревать, что жених – пациент побочный, а на самом деле его вызывали к будущей хозяйке поместья, пришедшей в душевное замешательство из-за случившегося с благоверным несчастья.
– Мы примеряли свадебное платье тетушки Брент, когда Картер слетел с крыши, – заявила я, понимая, что еще чуточку – и меня этим самым платьем спеленают.
– Ах вот как… – с облегчением выдохнул Флинт и задумчиво добавил: – Мне оно помнилось более праздничным.
– Да, тридцать лет назад оно точно выглядело неплохо, – сухо согласилась я, махнув желобом.
– Светлая Богиня! Госпожа, давайте сюда эту штуковину, – как ответственная прислуга, никогда не забывающая об обязанностях, Мэри потянулась за куском черепичины.
– Нет! – Я спрятала осколок за спину, быстро оглядела ошарашенных воплем свидетелей и кивнула: – Я сама выброшу. Вы тут лечитесь. Господа, всего наилучшего. Господин Перри, было приятно познакомиться. Картер, навещу тебя попозже.
Мужчины моментально потеснились, освобождая дорогу, когда я решительно сбежала. В пустом коридоре можно было перевести дыхание. Кое-как подхватив проклятущие юбки, я дернулась в сторону своей комнаты… Раздался треск разорванной ткани. Я силой притяжения впечаталась спиной в деревянную дверь, прижавшую шлейф. Хотелось выругаться, но проклинать странный дом было себе дороже, пришлось ограничиться парой глубоких успокоительных вдохов.
