– Твоя жизнь и так больше не будет прежней, потому что два дня назад ты квакал. О таком позоре даже друзьям в пьяном угаре не расскажешь, – заметила я.
– Слушай, а на метлах-то ведьмы летают?
– Нет, – процедила я, резким тоном непрозрачно намекая, что ему стоит заткнуться, пока еще губы шевелятся.
Непрозрачные намеки, по всей видимости, на Картера не действовали.
– Почему? – с наивным недоумением уточнил он.
– Попробуй посидеть на жердочке.
– Но метлы вообще летают?
– Ты мне расскажешь о Дороти? – Я посчитала ниже собственного достоинства объяснять, что мы ведьмы, в конце концов, а не дворничихи.
Для быстрого перемещения между домами мы пользуемся каминами… как Санта-Клаус. Тьфу!
– Из родственников только брат и сумасшедшая тетка. Правда, я никогда их не видел.
Дав скупой комментарий, Картер примолк и некоторое время, не произнося ни слова, разглядывал проплывающие за окном сельские пейзажи.
– И все? – изогнула я брови, когда догадалась, что продолжения содержательного рассказа не последует.
– Не очень-то много ты знаешь о своей невесте.
– Ее выбрал дядька по миниатюрам и резюме из целого выводка выпускниц пансиона. Нас в феврале познакомил поверенный Уильяма в своем кабинете.
В голове моментально выстроилась четкая картина. Благородная, но разорившаяся фамилия Слотер, хорошее воспитание, умершие родители, никакой поддержки. Я плохо разбиралась в проблемах человеческих бесприданниц, но, похоже, Бренты не бедствовали и ей повезло.
– У меня в столице случился неприятный инцидент с одной замужней дамой.
Вернее, с ее мужем… – Он кашлянул и, не вдаваясь в подробности, продолжил: – Уильям взбесился и отправил меня в Сельгрос следить за пивоварнями, а с месяц назад появилась Дороти. Я не думал, что вообще увижу ее до свадебного обряда, но она сидела перед воротами мануфактуры на дорожном сундуке.
– Когда вы планировали пожениться?
– Когда потребуется… Ну… Она думала зимой, – неожиданно пятнистые щеки Картера вспыхнули румянцем, окончательно делая его похожим на божью коровку.
Удивительно, но у бывшей жабы, похоже, не до конца атрофировалась совесть, и ему становилось неловко от разговора о навязанной женитьбе."
"Конечно, я была принципиально против женитьбы, особенно с внуками заклятых друзей бабки, жаждавших запустить лапы в колдовское наследие Нортонов, но в черных ведьмах с детства выпестовали тягу к самостоятельности, а Дороти чисто по-женски становилось жалко.
