- Ну а те, что достойны? – продолжал допытываться я, проходя дальше за хозяином участка.
Мы поднялись с ним по лестнице и внезапно оказались во вполне домашней гостиной, обставленной хорошей мебелью. На полу был уложен ковер, такие же висели на стенах, закрывая их едва ли не полностью. Между окнами расположилось пианино с поднятой крышкой. На пуфике сидела пухлая приятная девица с кудряшками в длинном светлом платье. Девушка занималась вышивкой. При виде нас она притворилась, что не слышала, как мы шагали по лестнице.
Вскочила и коротко поклонилась так, чтобы мы смогли лицезреть глубокое декольте.
- Это Марфушечка, моя дочь, - как ни в чем ни бывало, заявил Олег Олегович, а потом обратился к девице, - распорядись на кухне, чтобы подали питье и закуски.
- Сало с солеными огурцами? – переспросила она недоверчиво.
- Вот же баба-дура, - в сердцах воскликнул Олег Олегович и потер переносицу. – Квасу пусть нальют в кувшин. И настрогают маленькие бутерброды, которые делали в день благодати.
Марфуша кивнула и, подхватив подол, побежала прочь.
- Вы живете в участке? – пораженно уточнил Зимин.
- Нет, ну что вы, - отмахнулся мужчина. – Это жандармерия расположена в моем доме. Так удобнее. Мне не нужно беспокоиться о том, чтобы торопиться на работу. И всегда все под рукой."
"Стас покачал головой:
- Невероятно.
- Я знаю, - довольно улыбнулся Олег Олегович. – Я сам это придумал, когда служил в одной Азиатской провинции в посольстве. Оттуда я перенял многие традиции. Хоть там и живут все больше варвары, которые, шутка ли, моются почитай каждый день.
- Невероятно, - повторил Стас.
- Именно, - кивнул Синьков и добавил. – До чего грязные люди, если им бани раз в неделю не хватает.
Я не нашелся что сказать на такое заявление и присел в кресло, на которое указал Олег Олегович. Зимин занял второе. Кустодий вынул из кармана телефон, и принялся быстро нажимать на клавиши, набирая текст. И я подумал, что никогда не видел кустодия таким пораженным. Жандарм решил, что мы так отреагировали на богатое убранство его гостиной и с удовольствием рассказал, что большая часть ковров была привезена им из варварской страны, где он служил.
Как и посуда, шторы, садовые статуи.
- А откуда у вас пианино? – зачем-то спросил я.
- Заезжали к нам артисты, - простодушно поведал Синьков. – Бродячие, стало быть. Ехали на грузовичках с прицепами. Мы резонно решили, что скорее всего, они везут что-то незаконное.
- Была наводка? – оживился Стас.
- Как без наводки, - кивнул жандарм.
