— В этих стенах царствует Время. Змиулан — очень старый замок. Здесь специально ничего не меняют, не достраивают, только делают поверхностный ремонт, чтобы сохранить дух Времени. Здесь каждая вещь дышит стариной, хранит воспоминание о былом, являясь частью своей давней эпохи. В этом замке легко часовать, легко делать самое сложное.
— В Черноводе не так? — удивилась Василиса. — Или в Воздушном замке?
Отец взглянул на нее с иронией.
— На Эфларе все было построено заново. Лишь здесь, на Остале, в замках Духов сохранилось самое старое часодейство.
Люди путешествовали во времени с помощью огневых, солнечных, водяных и песочных часов. Появление часовых механизмов ознаменовало рождение новой часовой эпохи, начало новой эры. Мы выкинули свои волшебные палочки, — он усмехнулся, — и стали пользоваться часовыми стрелами. Вот почему Алый Цветок должен возродиться только здесь, на старой земле, где время имеет особую силу.
— Наверное, тебе очень нравится на Остале, — внезапно произнесла Василиса, поднимая глаза на отца.
— Ведь ты — Дух, да?
Нортон-старший будто очнулся; рассеянно-одухотворенное выражение на его лице вновь сменилось насмешливым.
— Что за чушь, — холодно произнес он. — Это неправда. Будь я Духом, не смог бы даже раз перейти на Эфлару.
— Но Елена сказала…
Вспомнив о битве с госпожой Мортиновой, девочка побледнела. Да, проклятая часовщица действительно кое-что рассказала ей.
— Елена сказала… — вновь начала она.
— Не стоит придавать значения тому, что говорит человек в приступе ярости, — оборвал отец.
— Я бы советовал вообще забыть весь ваш разговор.
Но Василиса решила пойти до конца.
— А то, что Белая Королева — моя мама, тоже неправда?
Отец с шумом выдохнул и закрыл глаза, небрежно откинувшись на спинку кресла.
Василиса воспользовалась этим, чтобы получше рассмотреть его: острый, немного выдающийся вперед подбородок, прямой нос с тонкими крыльями, выделяющиеся скулы… Под веками затаилась легкая синева, свидетельствующая о постоянной усталости… Интересно, сколько ему? Около сорока, а может, и больше?
— Твою мать зовут Лисса, — произнес отец, не открывая глаз.
— Мы познакомились здесь, в Змиулане. Задолго до того, как она стала Белой Королевой.
— Здесь?! — У Василисы округлились глаза. — А разве тут не обучаются только Драгоции?
— Конечно нет. — Отец раздраженно мотнул головой и встал с кресла. — У Астрагора всегда было много учеников. К счастью, только родственники на особом счету. — Он зло усмехнулся.
