"
"За пару ходок они перетащили несколько сумок и чехлов: два мощных фонаря, две лопаты и корпус магнитометра с пучком проводов в прочном шланге. Это были составляющие части того инструмента, который предстояло собрать перед началом разрушения железобетона.
Мартину Вальтер дал задание разыскать в недрах нежилого здания большой кусок фанеры или ДВП. Фанерой он хотел прикрывать на время инструменты, а затем замаскировать дыру в бетонном полу. Метод был не очень надежным, но второй способ, рекомендованный Рустом, казался излишне канительным.
Им Вальтер решил воспользоваться позже.
Мартин приволок с третьего этажа огромный кусок фанеры. Парни аккуратно сложили в углу инструмент и прикрыли его этим куском.
Покончив с предварительной подготовкой, они направились на площадку.
– Хочешь приступить ночью? – спросил Мартин.
– Не стоит рисковать. Ночью отдохнем, выспимся… Станислав занимается докладом и не помешает нам. Так что завтра приступим…
Глава пятая
Российская Федерация; Москва
Черногория; Подгорица– Будва
Несколько дней назад
Все девять часов лета с Сахалина до Москвы я проспал мертвецким сном.
Кто-то из моих парней на соседних креслах попивал коньячок; сопровождавший врач не отходил от раненого американца, занимаясь его руками и общим состоянием; Горчаков взволнованно мерил шагами салон небольшого самолета; молоденькая официантка разносила прохладительные напитки и подносы с подобием обеда. Ая безмятежно спал. Без сновидений, без жутких воспоминаний.
Ибез задних ног…
Растолкал меня Жора, когда самолет завалился на крыло, выполняя последний разворот перед посадкой.
– Вставай, конечная! – смеясь, сказал он. – Поезд дальше не идет, пассажиров просят освободить вагон.
Прищурившись от яркого света, я посмотрел в иллюминатор. Внизу проплывали знакомые подмосковные поселки: Монино, Соколово, Леониха… Наш самолет снижался, подходя к взлетно-посадочной полосе аэродрома «Чкаловский».
– Быстро мы обернулись, – зевнул я.
– Ничего себе быстро! Девять часов утюжили атмосферу.
«Ну и хрен с ним. Зато знатно поспал!»– отметил я, начиная потихоньку собираться…
– Завтра в одиннадцать утра жду всех в своем кабинете, – прощаясь у самолета, объявил Горчаков. – Директор департамента хочет лично поблагодарить каждого.
– Надеюсь, он не отменит мой отпуск? – пожал я его руку.
– Не думаю, – загадочно улыбнулся он.
На том мы и расстались.
