А он тут уже придумал бог весть что.
— Так я научу, рыжехвостая, обязательно научу. Только позволь — не прямо сейчас, хорошо?
Когда только она успела остаться в одной рубахе? Впрочем, он тоже вдруг обнаружил себя без дублета и босиком.
Лавка ближе, но кровать — удобнее. Мягче. С ней хотелось нежно и ласково, потому что с такой строгой и суровой и можно — только ласково, тогда у неё очень удивлённо распахиваются глаза, и она становится очень нежной в ответ. Впрочем, и так хороша — когда запустила пальцы в его волосы на затылке, прижала к себе его голову, тоже ткнулась в него носом.
Он прямо представил этот лисий нос, упершийся в его макушку. Сам-то точно кот — обтёрся об неё весь, и щеками, и боками, и ещё по-всякому.
Моё. Точка. Никому не отдам.
67. Феерия прикосновений
— Моя, никому не отдам, — услышала Катерина и открыла глаза.
Как, однако, быстро пали все её бастионы! Можно сказать — мгновенно и без боя. Никаких вам скалок, сковородок и вопросов «где ты шарахался, гад такой».
— И как ты это себе представляешь? — спросила она у того единственного в мире мужчины, с которым была, как оказывается, готова упасть в постель почти что даже и без нормального приветствия.
— Хорошо представляю, — с готовностью кивнул он. — Я завершаю свои дела, их уже немного осталось, и отправляюсь к своему королю. И ты отправляешься со мной.
— Отправляюсь? С тобой? А мои дела? — красавец какой, вообще-то, её ждут в Торнхилле.
Он нашёл её губы, поцеловал. А пальцами перебирал волосы.
— Знаешь, Кати, я ведь видел твой Торнхилл.
И я понимаю — то, во что вложена часть души, нельзя оставлять. Пока душа туда тянется. Но мы что-нибудь придумаем. Я могу перемещаться по знакомым местам довольно быстро, не как порталом, но тоже неплохо. И вдруг ты не испугаешься?
— Вдруг не испугаюсь, — кивнула она. — И скажи ещё такую вещь: ты зовёшь поехать с тобой, а в качестве кого?
— То есть? — он даже оба глаза распахнул и уставился на неё.
— В качестве кого я отправлюсь с тобой? Если отправлюсь?
— Ну, мы поедем вместе, а там… — начал было он, но потом, кажется, увидел что-то на её лице.
— Постой, Кати, ты что, готова выйти за меня замуж? — и поскольку она явно чего-то не понимала, он уточнил: — Ты готова выйти замуж за некроманта?
— Ты пока не звал, — пожала она плечами. — А вообще — не за некроманта, а за тебя. За трепло Жиля, который учил меня магии, с которым вместе мы стояли насмерть и победили, и который сегодня уложил меня в постель без малейших усилий.
