Равного не нашлось, а возвышать кого-то было бы ошибкой. Поэтому — одна, всегда одна.
И даже просто приблизить к себе мужчину она не решилась. Хоть господин Кай и убеждал её, что для мага это необходимость. Для мага необходимость, а для принцессы — лишние хлопоты. А в ответ на слова о том, что она якобы так и не сможет до конца сжиться со своей силой, и получить дополнительную от мужчин тоже не сможет — только глазами сверкнула и ответила — значит, так тому и быть. Мужчины придают слишком много значения плотским связям, думают, что женщинам больше и не нужно ничего, а это не так.
Пусть уходят от неё ни с чем. Или остаются друзьями и союзниками.
Бесс не стала ни женой, ни матерью, но — ей удалось сделаться годным хранителем для своего королевства. И она не знала, что там Кай говорил про силу — ей хватало сил. Магически подпитанное тело оказалось крепче и здоровее обычного. Нет, у неё, как и у всех людей, болели зубы или голова, или живот от неминуемых женских недомоганий, но — она держалась крепче сверстниц, да и много ли их осталось, тех сверстниц?
Зато — страна богатеет и процветает.
Дрянная погода и неурожаи случаются, но — не влекут за собой повсеместного голода, как это бывало раньше. Подданные сыты и веселы, и меньше думают обо всяких глупостях. Бесс вспоминала отца, короля Генриха — каким подозрительным он был, как искал следы недовольства и заговоров в лицах придворных, как ловил интонации голосов и выражения лиц… Ей не было в том нужды. Ещё в детстве она видела и ощущала намерения, а позже и мысли — а к старости ей просто не было в том равных.
Поэтому у возможных заговорщиков не оставалось ни единого шанса.
Более того, пробудилось звериное чутьё. Давным-давно господин Кай говорил — у вашего высочества лисья тень, лисий нюх, лисьи уши и лисье сердце. На что она только смеялась — всё, кроме лисьего облика и лисьей шкуры. Но достойный маг отвечал — вам и не нужно, вы и так справитесь.
И вот — замиренные гордецы и наглецы, богачи и бедняки, католики и протестанты.
У каждого своё дело и своё место. А кому мало — так милости просим на моря и за моря. Испытать удачу и принести пользу королевству. За одним океаном, на дальнем Западе — Другой Свет, и там колонии, и жадные арагонцы возят своё золото, которое не могут даже толком устеречь. За другим океаном — восточные колонии, там пряности и драгоценности. Корабли прибывают и отбывают, привозят и ещё раз привозят, а разбитая Арагония может только завистливо смотреть.
