Катерина не прогоняла никого.
Там её и застали Роб и свёкор, обходившие замок. Надо же, заинтересовался — подумала она про лорда Грегори.
— Отец, на самом деле это всё Кэт, — сказал отцу честный Роб. — Она намного больше меня понимает в ремонте и строительстве.
— Интересно, откуда? — поинтересовался свёкор.
— Говорит — от Старшего народа, — пожал плечами муж. — Да вот она, сейчас сама всё и расскажет.
Если захочет, подумала Катерина. Но вслух кротко сказала:
— Спрашивайте, милорд.
— Это и впрямь ты? И копоть со стен, и окна эти огромные, и тепло, и что там ещё? Мыльня какая-то?
О да, в воскресенье опробовали новую баню.
Всё не только Катерине воду греть, теперь можно и печку топить.
— Да, милорд, некоторые усовершенствования. Ради удобства и безопасности.
Слова «комфорт» он, скорее всего, не знает.
Пришлось рассказать — зачем баня, как устроены воздуховоды, что она делает в кабинете и чему учит детей. Лорд Грегори только хмурился и качал головой. Но, впрочем, муж её одобряет, может быть, этого будет достаточно?
Но лорд Грегори только спросил — оборонять-то как будете всё это? Роб пожал плечами и ответил — как обычно, пока справляемся.
И поскольку правда справлялись, то вопросов больше не было. Более того, за обедом лорд Грегори Роба хвалил — сказал, рад видеть порядок в Торнхилле, и доволен, что отправил сюда именно этого сына.
Свекор прогостил дней десять, и уезжая, забрал с собой Джейми — сказал, повезёт его представлять ко двору.
И правильно, надоел уже. Пусть отправляется.
За неделю до Самайна Катерина с охранниками пошла в лес — тренироваться с Бранвен. И на обратном пути нашла под кустом раненого волка.
Зверя кто-то серьёзно подрал — под правым ухом у него зияла нехорошая дыра. Катерина сначала испугалась, а потом подумала, что этот волк ведь может быть и оборотнем! Их таких тут хватает — то совы, то лисы, почему бы волку не быть?
И Джорджи, и Дик твердили, что нужно бросить его, где лежит, не трогать и идти домой.
Но Катерина жестко сказала — не лезть, достала свой волшебный порошок и присыпала рану — чтоб не болела и затягивалась. Больше она всё равно не могла сделать ничего. Ой, нет, могла. Позвала Джорджи, тот налил ей в сложенные ладони воды из фляги, и волку дали напиться.
Когда отошли на десяток шагов в сторону дома, Катерина оглянулась — всё же, казалось неправильным оставлять его вот так. Но под кустом никого не было.
