О! Кажется, торт все же Амели приготовить не успеет.
У ворот остановился экипаж с эмблемой Рейверсов, дверка тут же распахнулась, и из него выскочил Эрик — счастливый и довольный, как никогда. А едва Тамила ступила на подножку — перехватил ее за талию и закружил просто посреди улицы.
— Ты просто чудо! Я говорил? — воскликнул Эрик.
— Сто раз! — рассмеялась Мила. — Прекрати! На нас все смотрят!
— И пусть! Я еще сто раз повторю! Если бы не ты…
— То ты рано или поздно сам бы до этого додумался.
— Ты, как всегда, скромничаешь! — улыбнулся Эрик, опустив ее на землю и нежно прикоснувшись губами к ее губам.
— Люблю тебя!
— И я тебя, — ответила она.
— Ну, вот! — проворчала Кассандра и повысив голос добавила. — Вас уже дети заждались! Шесть лет брака, а они все как молодожены!
— Да, мамочка! Мы тоже ужасно соскучились за эти два дня и несказанно рады вас всех видеть. Надеюсь, дом на месте?
— Не весь, но лучшую его часть удалось сохранить! — улыбнулась Амадея Рейверс, целуя поочередно внука и невестку в щеку.
— К слову, дети на кухне. И как-то уж подозрительно тихо там. Как бы опять не пришлось отмывать стены от копоти.
— О, боги! Как же я по ним соскучилась, — выдохнула Мила, чуть не бегом помчавшись в сторону двери, за которой недавно скрылись ее дети.
И снова все закружилось! Завертелось… Дом Рейверсом жил, смеялся и радовался.
— Не это ли счастье? — тихо спросила Амадея Рейверс у старого дуба.
И тот отозвался согласным шелестом предосенней листвы.
Конец"