– Ты свои лекарства лохам впаривай, а мне тут заправлять не надо. Я таких умников, как ты, насквозь вижу… Люди твои грамотно сработали, не вопрос. Все чисто сделали, не подкопаешься. Катя у тебя, а не сегодня-завтра труп Савраскова обнаружат, меня в убийстве обвинят… Лихо ты, Феля, закрутил, одним выстрелом трех зайцев уложить. Только не на того нарвался!
– Во-первых, я не Феля! – Нервным движением Красницкий взялся за лацканы пиджака, поправил его на себе. – Во-вторых, я не знаю ни о каком трупе! И в-третьих, понятия не имею, где Катя!
– Ты можешь говорить, что хочешь, Феля, – свирепо смотрел на него Спартак.
– Если тебе мешает Саврасков, ты можешь решать с ним проблемы, как хочешь. Я тебе в этом ни судья, ни прокурор. Но Катю мою ты зря тронул…
– Не трогал я твою Катю! – взвыл Красницкий, злостью пытаясь прикрыть свою растерянность.
– Короче, срок у тебя четыре часа. Если вечером Кати не будет дома, у тебя будут очень большие проблемы. Я все сказал.
Спартак давно уже понял, что чем короче угроза, тем она ощутимей.
Чем громче человек сотрясает воздух, тем больше в нем никчемной пустоты. Нужно быть тяжелым, как грозовая туча, тогда и гром будет, и молния. А вес у Спартака есть, и Красницкий это прекрасно понимает. Поэтому не нужно лишних слов…
Был еще момент, который не позволял угрожать во весь голос. Катя не просто пленница Красницкого, она его заложница, и если с этим гадом что-то случится, то достанется и ей. Он должен был это понимать.
* * *Феликс нервно жевал кончик сигары.
Уловка не сработала, и нужно было срочно что-то делать. Нет, страха не было, чувство опасности приятно щекотало нервы. Но лучше бы все шло по плану…
Хорошо, что Анатоля рядом нет. Он бы смотрел сейчас на Феликса молча, но с укоризной во взгляде. Анатоль никогда не одобрял этих махинаций с Катей, поэтому Красницкий даже в свои планы посвящать его не стал. Зато Игорь Незлобин здесь, у него в кабинете.
– Спартак нас раскусил. Он знает, что Катя у нас.
– Э-э… Это плохо.
Незлобин хотел сказать, что Спартак раскусил не его, а самого Феликса.
Ведь это была его идея от начала до конца, и план составил он. Незлобин лишь привел в действие механизм, который втянул в себя и Катю, и Савраскова. Но ведь он же не идиот, чтобы обвинять в чем-то своего босса. Хотя ему так хотелось свалить на Феликса его же вину, что от напряжения жилы на лбу надулись.
– Плохо. Но не смертельно.
– Не смертельно, – поспешил согласиться Незлобин.
– Что будем делать?
– Надо думать.
