В некоторых местах наши передовые части заняли участки и закреплялись, тесня отступавшие немецкие подразделения. Но немцев скопилось на восточном берегу слишком много.
Здесь смешались пехотные части, артиллерия, танки и штурмовые орудия, тыловики. «Тридцатьчетверки» пытались смять, сбросить всю эту массу в реку, но получили отпор и были вынуждены временно отступить. Несмотря на суету, немецкие командиры сумели организовать оборону, срочно рыли траншеи и капониры.
«Тридцатьчетверки», противотанковые пушки и минометы передовых частей вели непрерывный огонь, поджигая немецкую технику, руша траншеи, где пыталась закрепиться пехота.
В одном месте немцы собрали бронированный кулак из нескольких десятков танков и штурмовых орудий, но атака натолкнулась на плотный огонь «тридцатьчетверок» и подоспевшей артиллерии.
Германские части прижимали к реке, а на прибрежных полянах горели танки, бронетранспортеры, лежали многочисленные тела убитых солдат и офицеров. Здесь впервые использовали в массовом порядке новые танки «Т-34-85» с мощным 85-миллиметровым орудием.
Снаряды этих пушек пробивали за полкилометра сто миллиметров брони, поджигали «тигры», «пантеры», хотя по ряду параметров уступали им.
Тюльков собрал командиров батарей и сообщил, что в ближайшие часы полк начнет переправу через Березину.
– Саперы срочно наводят понтонный мост, рассчитанный на легкие машины и пехоту. С нами двинутся стрелковый батальон Клычко, саперная и минометная рота. Запас снарядов – полуторный.
– Все понятно, но «тридцатьчетверок» бы еще с десяток, – заметил Захар Чурюмов.
– С нашей броней только оборону прорывать.
– Сплошной линии обороны у немцев за Березиной пока нет, – возразил Тюльков. – А танки поддержат нас и начнут атаку почти одновременно. Переправы наводятся сразу в нескольких местах.
Борис Прокофьевич Тюльков оглядел командиров:
– Чего-то азарта не вижу.
– Насмотрелись, какая каша на берегу заварилась, – отозвался Павел Карелин. – Не знаю, как насчет сплошной линии обороны, но немцев скопилось там достаточно.
Одних «Т-4» с усиленной броней десятка два насчитал возле переправы. На том берегу «тигр» в землю закопанный стоит. Не по нашу душу?
– Тебе, Павел, что ли, «тигров» бояться? Пока этот мамонт развернется, ты его с фланга продырявить успеешь. Новые подкалиберные снаряды поступили, сто миллиметров брони берут.
– На пятьсот метров, – вставил Чурюмов. – А «тигрята» за два километра нас достают. Да и «пантеры» тоже.
