– Мост твоя бригада не скоро возведет, а если вода уйдет хотя бы наполовину, можно что-нибудь придумать?
Вмешался Борис Прокофьевич Тюльков, бывший зампотех полка, в строительстве тоже разбиравшийся:
– Вон понтоны дырявые валяются. Бревен достаточно заготовили. Надо попытаться ударить по дамбе. Если фрицы взорвут ее, наведем через обмелевшую речку переправу. А ждать тринадцать или пятнадцать часов мы не можем.
Самоходки Павла Карелина и Тимофея Шмарева в сопровождении мотоцикла разведки двигались по проселку к дамбе.
Шли на среднем ходу сильно не торопясь.
Над проселочной дорогой, перепаханной гусеницами, клубилась пыль. Впереди катили два немецких грузовика «мерседес» под брезентовым тентом. Позади тянулись несколько конных повозок с ящиками и мешками.
Будь русских самоходок побольше, на них сразу бы обратили внимание. Накрытые брезентом «сушки» выделялись лишь массивными кожухами стволов. У немцев таких не было. Но мало ли какая техника катит к Березине, уходя от наступающих советских частей.
Больше смотрели на небо, откуда в любой момент могли спикировать русские штурмовики или истребители. Карелин знал, что в запасе у него очень немного времени. В любую минуту на самоходки мог обратить внимание какой-нибудь дотошный офицер.
Павел рисковал. И приказ расчетливого командира полка Тюлькова выполнил лишь частично. Решил потихоньку затесаться среди отступающих немцев и выйти к дамбе. Смелым часто везет, а другого выхода он не видел.
На утоптанной площадке был оборудован шлагбаум.
Пост из нескольких солдат военной полиции во главе с офицером, а немного поодаль автоматическая 50-миллиметровая зенитка. Серьезное оружие не только против самолетов, но и против танков. За двести метров прошибает броню «тридцатьчетверок».
Офицер наблюдал за тяжелым трехосным грузовиком «крупп», который тянул на прицепе гаубицу с лафетом. Для земляной дамбы этот автопоезд был тяжеловат. «Крупп» осторожно тащил вдоль продавленной колеи многотонный груз, из-под колес расползалась галька, смешанная с землей.
"
"Фельдфебель с полукруглой алюминиевой бляхой на груди показывал шоферу направление, одновременно делая знаки, чтобы он двигался осторожнее. Когда «крупп» выполз на другой берег, фельдфебель бросил взгляд на мотоцикл старшины Шендакова, затем на необычную самоходку.
Николай Шендаков, в наброшенной на плечи немецкой плащ-палатке (единственная маскировка), помахал фельдфебелю как старому знакомому. Карелин в этот момент разглядел блиндаж.
