— Просто, вдруг он не метаморф, а настоящий жрец?
— Я всегда знал, что из тебя может выйти отличный дознаватель! — усмехнулся Витторио. — Досье пришло, Алессандро — настоящий жрец. И официально он чист аки эльфийская слеза.
— Неужели на него совсем ничего нет? — удивился Себастьян."
"— Ничего интересного, но кое-что меня всё же насторожило, — продолжил инквизитор, — у господина Мироны впечатляющий послужной список. С такими заслугами впору на должность в Совете претендовать, а не обычным жрецом работать.
Но Алессандро пятнадцать раз отказывался от повышения, и лишь две недели назад сам попросил перевести его в столицу.
— А где наш скромник до этого работал? — уточнила я.
— Никогда не догадаетесь! — фыркнул Леус.
— М-м-м-м… рискну предположить, что в Карлии? — в голосе дракона проскользнули ироничные нотки.
— Браво! — воскликнул инквизитор, отвесив Себастьяну шутовской поклон. — Причём, в Карлии он был настоятелем храма, а в Лавии занял должность обыкновенного исповедника.
О, как интересно! Не зря он сразу нас заинтересовал.
Перед глазами всплыл образ жреца из храма Семи Духов: высокий рост, мощные плечи, которые не скрыла даже ряса, глубокий бархатный голос. Жаль, лицо не разглядеть за густой бородой и капюшоном.
Но судя по горделивой осанке и мягким повелительным интонациям, лишней скромностью мужчина не страдал и цену себе знал. Значит от повышения он отказывался неспроста.
— Уверена, он выполнял в Калии какую-то миссию, — озвучила я свои подозрения, — возможно, даже собирал информацию о потенциальных жертвах.
— Или обучался наносить поддельные знаки пары, — предположил Себастьян, — в Карлии с этим не так строго, как у нас. Максимум, штраф в пятьдесят золотых светит, и за такую провинность в личное дело заносить ничего не станут.
— Я уже связался с Карлийским отделением Алого Ордена и приказал собрать неофициальное досье на Алессандро Мирону, — обрадовал нас Леус, — хочу выяснить, зачем столь добропорядочный жрец прячется под мощной иллюзией.
Вот последнее меня особенно интересует! Надеюсь, нам удастся найти хоть парочку новых зацепок. А пока меня беспокоит ещё один момент…
— Почему Винсент обратился к Валентину, а не к Алессандро? — спросила я. — Разве ведьма не должна была сразу свести его со «своим» жрецом?
— Возможно герцог Таванга просто решил сделать сюрприз возлюбленной, — предположил Себастьян, — Винсент импульсивен и несколько эксцентричен.
