И большинство прохожих идут именно в том направлении, так что не приходится плутать и без конца спрашивать направление. Я ужасно неуверенно чувствую себя в большом городе, даже через год после переезда.
Захожу в вагон, забиваюсь в самый дальний угол. Мне не по себе — видок в мужской одежде тот еще. Но Москва хороша тем, что всем плевать. В нашем поселке каждый бы ткнул пальцем…
Размышляю о дальнейших своих планах более детально.
Я хотела сразу поехать в ресторан. Прикинула, что управляющей про идею моей тетки вряд ли доложили.
Это ведь не ее дело. Она заведует рестораном, и только. Босс не обязан перед ней отчитываться. Да и не стал бы, потому как понимает: то, что он провернул с тетей Наташей — дикость. Но с другой стороны, для Ольги Геннадьевны я преступница, нанесшая непоправимый ущерб ресторану. Вряд ли она с легкостью выплатит мне зарплату.
Поэтому, направляюсь к подруге. Главное успеть ее зацепить перед работой. Ловлю Таню буквально возле двери.
— Привет! Настюха! — восклицает Таня. — Боже мой, я вчера тебе обзвонилась, но потом увидела твой телефон, оказывается ты его забыла…
— Ты его не взяла случайно? — восклицаю с надеждой.
— Да, конечно… он у меня с собой. Не знала, как с тобой связаться, решила после работы к тетке твоей съездить. Даже о встрече договорилась. Позвонила ей, кстати, она разговаривала странно. Но когда я сказала, что у меня твой телефон, согласилась встретиться.
— Что она сказала?
— Что тебе стало плохо, подозрение на аппендицит, прописали постельный режим, но в больницу не положили.
Вот это врушка! Просто поражаюсь тете Наташе, ей бы шпионкой работать, — усмехаюсь про себя с горечью.
— Так это неправда? Ты не больна? Ой, дорогая, я ж на работу опоздаю…
— Я тебя провожу до остановки. Расскажу…
— Хорошо.
— Я не больна. Ты, наверное, в курсе, что я вчера нанесла огромный ущерб ресторану…
— Ой, да! Это ужасно! Но Ольга Геннадьевна сказала, что босс все уладил, и даже полицию вызывать запретил. Деньжищи конечно… мне очень жаль, подруга. Теперь придется все же пойти в клуб, танцевать.
Там заработаешь. Я помогу чем смогу. Как-нибудь справимся, выплатим. Давай сегодня, а?
— Какой еще клуб! — восклицаю с горечью. — С него начались все мои беды!
— Как это? Да никак… Тань, у меня к тебе просьба огромная.
— Конечно, все что угодно, — кивает Таня.
— Встретишься с моей теткой, задержишь ее минут хоть на тридцать. Мне надо дома вещи собрать. Бежать мне надо…
— Бежать? Но почему? Знаешь, это даже непорядочно.
