Его на всякий случай мне выдала жена Макса перед школьным выпускным. Я всегда таскала его с собой, но он не пригодился.
Я не берегла себя для Кости все эти года. Сознательно — точно нет. У меня были попытки лишиться девственности с другими парнями, но по самым нелепым причинам они терпели фиаско. У падающих крымских звезд слишком сильная магия.
Сегодня все случится. Просто не верится!
Зажав в руке презерватив, бегу обратно.
Абсолютно голый Костя стоит в душе, упирается руками в стену, смотрит прямо перед собой.
Сверху на него летят бесконечные струи. Вода бьет по фактурным плечам и собирается в ручейки. Они бегут по мускулистому торсу и стекают по крепким бедрам, подчеркивая скульптурные линии тела. Я не в силах оторвать взгляд. Стою и завороженно пялюсь на фантастически красивого мужика, который станет моим первым.
Он поворачивает голову. Взгляд темный и порочный, ни разу не игривый. Внушительных член торчит стрелой в ожидании цели.
Мы это сделаем. Боже… Мы точно это сделаем.
В висках оглушающе громко стучит, пальцы от волнения немеют.
— Вот, нашла, — показываю презерватив.
Костя тянет руку, я подхожу ближе, чтобы отдать, но он хватает за запястье и, не давая опомниться, затаскивает меня прямо в одежде под душ.
Легкая ткань сарафана и волосы мгновенно намокают. Я часто моргаю от попадающей на лицо воды и обескураженно хватаю ртом воздух, пытаясь отстраниться от потока.
— Попалась, стрекоза. Не дергайся, не отпущу, — хрипит Костя, блокируя мои телодвижения. — Хочу тебя…
Обрушивается на меня вместе с водой.
Зацеловывает лицо, шею, ключицы. Поцелуи короткие, жгучие, сладкие. В животе от них закручивается вихрь.
Такой напор лишает воли и заставляет трепетать. Я чувствую себя беспомощной, но вместе с тем самой красивой и желанной в мире.
Опустив бретельки, Костя припадает к груди, прихватывает губами и лижет соски. Когда один из них втягивает, меня выгибает и бросает в дрожь. Я сдавленно выдыхаю:
— О-о, боже…
Окончательно промокший сарафан падает на пол. Отбросив его ногой в сторону, помогаю Косте снять с меня трусики.
Его руки повсюду. Гладят, давят, сжимают… Хаотично, суетливо. Вода не успевает смывать эти метки. Слишком много тактильности, слишком много эмоций. Я становлюсь сверхчувствительной. Крупно дрожу.
Костя берет меня за плечи и переставляет к стене. Нависает, зажимает. Мы сплетаем языки и сосемся, как чокнутые. Уже знакомо слетаем с катушек.
Теперь, когда вода не попадает на меня, я могу нормально видеть и слышать.
