Эта вот именовалась Серпуховской, по названию площади над ней. Триумфальные ворота, построенные в XVIII веке в честь очередной победы над турками, тут, кстати, сохранились. Стояла посреди переплетения дорог удивительно красивым памятником архитектуры, отреставрированным с такой любовью и усердием, что от оригинала не осталось и гвоздя, а бюджета было попилено немерено, пока не пришла мытарская, она же налоговая, проверка под ручку с прокуратурой.
Все это мне поведал Иван. Рассказывал парень не просто складно, а очень интересно, что я волей-неволей начал проникаться духом старой Москвы.
Вот только возник один вопрос:
— Ты ж из Сибири, — удивился. — Откуда такие глубокие знания по архитектуре столицы?
Парень как будто смутился, но лицо удержал:
— Всю жизнь мечтал, надеялся и верил, что буду учиться в Москве. Влюблен в этот город с детства!
— Вот это целеустремленность! Заслуживает уважения, — покачал я головой.
В моем мире даже москвичи не слишком любили свой город, чего уж говорить о провинции. А здесь машина пропаганды работала как надо.
Здесь не просто мечтали приехать в столицу и поднять бабла, здесь искренне любили сердце страны. И это, пожалуй, мне очень симпатизировало.
Тем не менее боярич повел меня не в пафосное место, соответствующую юноше его благородного происхождения, а в самый обычный бар. Ну как обычный — в моей реальности таким был каждый первый, а здесь пока судить сложно. Но судя по светящемуся от восторга лицу парня, он тоже не был сильно искушен в злачных местах.
— Откуда ты узнал про это место? — спросил я, рассматривая вывеску «Стакан» с характерным граненым атрибутом на логотипе.
— Прочитал, — бесхитростно ответил Иван.
— И как, хвалят? — с сомнением спросил я, рассматриваю курящую у входа толпу мутных персонажей.
— Очень.
— Ну давай заглянем, — протянул я, жопой предчувствуя продолжение банкета.
По меркам моей прошлой жизни, бар был из очень недорогих, явно студенческий вариант. Отиралась тут в основном молодежь, так что атмосфера царила шебутная.
Быстрый осмотр зала показал, что присесть негде и даже у барной стойки все забито. Иван немного растерялся, а я же выцепил из толпы взмыленного официанта.
— Места есть? — спросил я парня.
— Внизу, — ответил тот, немного испуганно косясь на меня.
— А «низ» где?
— Туда, — мотнул головой парень вглубь зала.
У дальней от входа стены действительно обнаружилась лестница. Только вела она не вверх, а вниз. Иван, святая простота, радостно поскакал в следующий зал.
