Поскольку я все равно оказалась в такой ситуации, может, стоит дать Лэндону попробовать его собственное лекарство, чтобы он пожалел, что связался со мной.
Вооружившись своей новой решимостью, я открываю дверь и выхожу, высоко подняв подбородок и почти касаясь носом неба.
Внезапный холод вызывает еще больше мурашек на моей коже, но отчасти это связано с моей компанией сегодня вечером.
Лэндон ждет меня с раздражающей ухмылкой и весельем, мерцающими в глубоком голубом цвете его глаз. Цвета сердитого океана и полуночного неба.
И цвет моих худших кошмаров.
— В конце концов, ты не хрупкая принцесса. Я впечатлен.
— Произвести на тебя впечатление — последний пункт на моей повестке дня.
— И все же у тебя так хорошо получается, что я почти сомневаюсь в том, что ты притворяешься. Знаешь, как тогда, когда ты вломилась на мою вечеринку и соблазнила меня в ванной.
— И только для того, чтобы отвлечь тебя, и это сработало, — я вздыхаю, качая головой. — Мужчины.
— Что это значит?
— Мужчины слишком простые, какими бы грандиозными они себя ни считали, — я указываю подбородком в его сторону.
— Ты часть стада, мистер, я умнее тебя и всей твоей родословной.
— Я умнее тебя и всей твоей родословной, иначе тебя не было бы здесь, на моей ладони, именно так, как я и планировал.
— Я ни у кого не на ладони. И единственная причина, по которой я здесь — это твои угрозы в сторону моей сестры. При других обстоятельствах я бы не уделила тебе столько времени.
— Но ты уделяешь мне время.
— Неохотно.
— Не имеет значения.
— Моя воля не имеет значения?
— Оправдания, которые ты предлагаешь своему разуму, не имеют. Я не заинтересован в том, чтобы участвовать в той лжи, которую ты говоришь себе, чтобы убедить свой мозг, что я тебя даже отдаленно не привлекаю. В отличие от тебя, я не приукрашиваю правду.
Он лезет в карман, достает ключ, похожий на один из тех для заколдованных сокровищ, и использует его, чтобы открыть дверь.
Замок трещит и поскрипывает, как попытка умирающего воскреснуть.
Мой позвоночник вытягивается в линию от шума, но на моем лице все еще маска безразличия. Ну или надеюсь, что она все еще там, осторожно следуя за зверем в его логово.
Внутри ничуть не лучше, чем снаружи. При входе меня поражает затхлый запах разлагающегося здания. Ветер, завывающий в кронах деревьев снаружи, звучит внутри в десять раз громче.
Мрачная средневековая лестница встречает нас в середине фойе. Там есть диван и несколько выцветших стульев.
