Он удручающе самоуверен, настроен антагонистично до такой степени, что зарабатывает врагов повсюду, куда бы ни пошел, и обладает высокомерием, которое может довести Нарцисса до слез.
Но есть и другая его сторона, которую я сейчас открываю.
Он… пугающий.
И я не имею в виду то, как некоторые подражатели пытаются выглядеть устрашающе. Он не выпячивает грудь и не повышает голос. И не пытается наводить ужас, изменяя что-либо в своем поведении.
Все, что ему нужно сделать, это показать свое истинное лицо.
Длинные пальцы его свободной руки обхватывают маску, и он небрежно приподнимает ее.
В тот момент, когда я вижу его лицо, моя теория становится фактом. Все, что Лэндону нужно было сделать, это снять маску, чтобы сквозь нее показался настоящий он.
Его лицо логически великолепно, симметрично, как у модели. У него высокий прямой нос, четко очерченные скулы и челюсть, такая острая, что могла бы прорезать камень.
Однако, как бы нелогично это не было, он не открыл своего лица, чтобы очаровать меня.
Это оружие, которое он использует с целью чистого запугивания.
Он охотно раскрыл свою личность, чтобы было ясно, кто здесь главный — он, лидер Элиты и хозяин мероприятия, на котором я всего лишь гость.
— Давай попробуем еще раз. Кто ты и что делаешь в мужском туалете?
Мой взгляд встречается с его. Непоколебимым. Не моргающим.
Никакого страха и, конечно же, никаких изменений в поведении только потому, что его лицо — которого он, я могу сказать, не заслуживает — находится в поле зрения.
— Ты отказываешься говорить, верно?
Я киваю один раз.
— Ясно, — размышляет он и ослабляет хватку на моей руке.
Он отпускает меня?
Я бросаю на него недоверчивый взгляд, но, кажется, в его глазах нет никакого злого умысла.
Они нейтральны. Даже дружелюбны."
"Мое сердцебиение медленно приходит в норму, несмотря на мое настороженное состояние.
Затем, внезапно, что-то происходит.
Так быстро и мимолетно, что я бы пропустила это, если бы поверила в предложенную им фальшивую безопасность и утратила бдительность.
В мгновение ока он тянется к моей маске раскрытыми руками, как будто собирается меня задушить.
В последнюю секунду, не думая, я отталкиваю его ладонь так, что она оказывается у меня на груди.
Моя грудь вздымается, а тяжесть его руки на ней усугубляет ситуацию.
Вместо того, чтобы отступить, в уголках его губ появляется ухмылка, и он сжимает плоть поверх моего платья.
